Долго под одеялом с головой Эрика пролежать не смогла — дышать стало тяжело. А когда, вновь сев и окончательно избавившись от остатков сна, девушка вдруг ощутила запах еды. И не какой-нибудь — пирожков, еще и с капустой, об этом Эрика готова спорить с кем и на что угодно. Что же это, мать решила побаловать вернувшуюся из «плена» дочь ее любимой выпечкой? Вряд ли оно стоило исчезновения на пару месяцев, конечно. Во всяком случае, теперь все звуки с улицы ушли на второй план, и Эрика слабо улыбнулась.
Несколько минут она бездумно медитировала, сонно щурясь от солнечных лучшей, пробивающихся сквозь тонкие занавески. А когда уже собралась все же подниматься, вдруг услышала негромкие шаги, а затем негромкий стук в дверь. Эрика хотела уже открыть рот и попросить минуту, но ответа дожидаться не стали, и в комнату заглянула Астрид. Поняв, что дочь уже не спит, она вошла в комнату, прикрыла за собой дверь и мягко улыбнулась. Эрика сердито сжала зубы, но промолчала.
«А Рагнар и даже Грассом дождались бы ответа», — мелькнуло в голове, но девушка заставила себя натянуть улыбку.
— Мам?..
Вышло и без того напряженно, так что заканчивать реплику Эрика не стала. Астрид, поняв обращение дочери как-то по-своему, склонила голову к плечу в мгновение оказалось рядом.
— Доброе утро, солнышко, — проворковала Астрид, усаживаясь на край кровати и накрывая рукой ногу Эрики сквозь одеяло. Девушка невольно дернулась и осторожно попыталась отползти. Сейчас чужих прикосновений совсем не хотелось, но мать об этом явно не слишком заботилась, а реакцию дочери снова считала не так, как есть на самом деле, а потому обеспокоенно оглядела Эрику и погладила по ноге. — Ну, что ты, девочка моя, не бойся. Ты уже дома, все хорошо, никто тебя больше не украдет…
Астрид так и светилась заботой и стремлением окружить Эрику лаской. Эрика, правда, к подобному не слишком стремилась, но заставляла себя не двигаться и изображать радость от возвращения.
— Да, мам, — негромко выдавила Эрика, стараясь не забывать улыбаться. — Ты права, прости.
— Ну и хорошо, — Астрид, явно удовлетворенная ответом, улыбнулась шире. Тут же встрепенулась. — Я тебе там, к слову, твои любимые пирожки испекла. Подумала, что раз уж вчера обед не сложился, а ужин и вовсе в твоей компании не состоялся, то стоит побаловать чем-то…
— Что ты, не стоило.
Эрика невольно смутилась, качнула головой. Беспокоить родительницу не хотелось, но и, глупо не признавать, очень приятно, что о ней все это помнили и беспокоились. И очень, очень жаль, что Эрика не может толком поблагодарить мать за это. Да и, откровенно говоря, не слишком-то она сейчас и нуждается в нарочитом внимании.
Помедлив, девушка накрыла руку матери своей и вздохнула.
— Правда. Не стоит делать из моего возвращения драму или праздник. У Ра… Кхм, у дракона было не так уж и плохо, — Эрика усмехнулась. — Смотри, он меня не съел и ничего плохого не сделал. Видишь? А похудела я только потому что питалась там по-другому…
— Вот именно! — перебила Астрид дочь. Эрика в ответ тяжело вздохнула и, чтобы избавиться об хватки матери, подобрала к себе ноги, а затем свесила их с кровати. — Голодом тебя морили, нечего мне сказки рассказывать.
— Как пожелаешь, — сдалась Эрика негромко, поджимая губы. Астрид удовлетворенно кивнула и, погладив дочь по плечу, поднялась.
— Тогда спускайся на кухню, пирожки тебя ждут. И, милая, — женщина вдруг запнулась, и Эрика подняла на нее недоуменный взгляд. — Прости, тебя сегодня придется оставить одну. Мне в поле надо, отец в кузницу ушел уже, а Калле сегодня детей верховой езде учить собрался.
— Да не страшно! — Эрика облегченно выдохнула и улыбнулась — теперь уже шире и намного искренней. — Не надо из-за меня отрываться от работы, я точно переживу день без вас. А вечером соберемся… Может, поужинаем нормально, а не как вчера.
— Ты же моя милая!..
Астрид едва не прослезилась в ответ на слова дочери и тут же потянулась мягко обнять ее. Эрика тихо вздохнула, но сопротивляться не стала. А, отстранившись, качнула головой и уточнила осторожно:
— Значит, до вечера?
— До вечера, солнышко, — Астрид провела рукой по волосам Эрики на прощание и направилась к двери. Перед тем, как выйти, неловко улыбнулась, махнула рукой, а затем наконец исчезла за дверью. Эрика тяжело вздохнула, откидываясь обратно на кровать.
— Кошмар какой-то…
Если сразу после пробуждения Эрике показалось, что она полностью расслаблена, то сейчас ощутила, насколько напряжено все тело. Сердце колотилось в груди с невероятной скоростью, так что даже отдавало в ушах, как после бега. Грудь словно сдавило тисками, и дышать стало тяжело, по тело прошла дрожь — Эрику передернуло.
