Пахло пылью. Тревожную тишину не рушило ничего, кроме шагов, что казались, пожалуй, слишком инородными здесь, да непонятных звуков совсем издалека. Эрика лишь надеялась, что если кого-то и пытают, то не Рагнара. От стен отдавало холодом; пыль и крошка, осевшие на камни щедрым слоем, оставались на ладони Эрики, под ногами то и дело оказывались маленькие камушки, которые девушка — да и идущие впереди мужчины — ненароком пинали. Убираться в темнице явно считали необязательным.
В какой-то момент пути Эрике вдруг показалось, что ее на самом деле обнаружили и теперь просто издеваются — настолько долгой и запутанной для нее ощущалась дорога. Однако на самом деле они преодолели лишь одну лестницу в конце первого коридора, а затем еще пару поворотов. Запомнить это труда не составило, так что Эрика готовилась, чуть что, рвануть обратно. К счастью, этого пока не требовалось, и девушка лишь замерла за последним поворотом, услышав, как сначала кто-то — вероятно Николас — зазвенел ключами, а затем и шаги стихли. А еще — раздался недовольный, вполне, стоит заметить, человеческий рык.
— Какого джалва? — голос советника, кажется, пуще прежнего оказался наполнен злобой. — Где стража?!
— Может, у них выходной? — интонации Грассома оказались до краев наполнены легкой издевкой и притворным недоумением. Послышалось, как кто-то нетерпеливо вставляет ключи в замок и поворачивает их в скважине.
— Что, у всех сразу?! — в словах Николаса раздались такие истеричные нотки, что Эрики отчего-то подумалось, что кое-кому не помешало бы попить успокоительного. — Двое! Здесь должны были стоять двое! Куда делись эти болваны?!
— Хотите, чтобы я проверил?..
— Откуда у тебя эти глупые вопросы? Проваливай, и чтобы без джалвовых бездельников не возвращался!
Послышался скрип открывающейся двери, откуда-то совсем из глубин — кажется, звон цепей, затем оглушительный хлопок и тишина. Несколько следующих мгновений Эрика слышала лишь стук собственного сердца, однако через пару секунд раздался едва слышный, насмешливый смешок.
— Как скажете, ваша озлобленность, — проурчал Грассом вполголоса вполне удовлетворенно — его, очевидно, совсем не беспокоила раздражительность хозяина. Хотя… Эрике показалось, или он все же несколько напряжен?
Разобраться в подозрениях девушка не успела: послышался тихий смешок, затем шорох подошвы по каменному полу, а затем — и вовсе удаляющиеся шаги. «Там где-то комната для стражи, что ли? — подумала Эрика слегка озадаченно и осторожно выглянула из-за угла. — Хотя… может ли он ждать меня? Знает ведь, что я за ними пошла…»
Помедлив секунду в попытке разобрать, как далеко ушел Грассом, Эрика все же осмелилась осторожно высунуться из-за угла. В следующем коридоре стояла темень. Света от искорок Грассома как не бывало, и единственное, что дарило в непроглядной тьме подвалов свет — яркие оранжевые языки пламени, что выглядывали через окошечко в двери в камеру, от факелов. Эрика нервно облизала губы, вдруг только сейчас поняв, что Грассом не соврал и до этого по всем коридорам ни в одном держателе факелы совершенно отсутствовали. А ведь должны бы стоять, и в них постоянно должно поддерживаться пламя…
Эрика не сдержала усмешки. Джалвов демон.
Осторожно высунувшись из-за угла и убедившись, что ее никто не собирается вот прямо сейчас хватать, арестовывать и тащить на дознавания — а то и сразу на казнь — Эрика как можно тише подошла к двери и встала на цыпочки, чтобы хоть краем глазом разглядеть, что происходит в камере. Сердце ее тут же замерло, и девушка едва удержалась, чтобы не отпрянуть в ужасе.
Откровенно говоря, назвать это просто камерой у Эрики язык не поворачивался — скорее уж камерой пыток. Хотя, кто знает, вполне возможно, так и есть: достаточно просторная и светлая за счет количества горящих факелов комната. Справа от двери крутился Николас, что-то перебирая на столе у стены. Что там лежало Эрика не могла разглядеть со своего ракурса, но наверняка «что-то» — нечто попадающее в категорию «предметы для магии и пыток». Сомневаться в этом не приходилось, особенно если учесть нынешнее состояние Рагнара.
Что первым бросалось в глаза, Эрика сказать не может. В дракона Рагнару обратиться не дали — или он сам отказался это делать? — на шее застегнули ошейник. Джалв знает, просто ли металлический или магический, но выглядел он тяжелым и явно оставляющим кровоподтеки. Рагнар сидел на коленях поверх разбросанного по каменному полу тонкого слоя сена. Руки в кандалах на запястьях, разведены в стороны и закреплены цепями, кажется, где-то под потолком. Все тело в синяках, ссадинах и царапинах, спина неестественно прямая — Эрика не то чтобы очень хочет знать, отчего так, но Рагнар и не дергается. Его взгляд, пустой и спокойный, уперся в хлопочущего у стола Николаса. От этого взгляда у Эрики по спине побежали мурашки. Такой неживой, такой холодный.
