– Замок Таргэн, – ответил Арквана, – разрушенная по воле Карна и ушедшая в море Майдос твердыня, в которой некогда жил отважный Инлинд – предок нашего короля Норд-Греора. Только немногим рыцарям удалось тогда покинуть Таргэн и спастись. Инлинд привёл их на плато Селгарт, и здесь они основали новый замок, который назвали Тармангар, то есть «память о Таргэне».
– Смотрите! – Арквана показал нам страницу в старинной рукописи. – Это герб Таргэна.
Я с интересом взглянула на рукопись. Герб Таргэна был очень похож на герб Тармангара: скачущий белый единорог с развевающейся гривой на голубом фоне.
– А что это? – спросила я, указывая на красный шар, изображённый над единорогом. Золотые лучи тянулись от шара вниз и окружали единорога светящимся ореолом. Такого шара не было на гербе Тармангара.
– Это Алый фириаль, утерянный в тот страшный день, когда затонул замок Таргэн. Инлинд и другие отважные рыцари безуспешно пытались отыскать его на дне моря среди развалин замка, думали даже, что он похищен. Теперь ясно, что с тех давних пор реликвия Таргэна не покидала замка, надёжно укрытая от глаз разрушенными каменными стенами и морскими водами. Но вы должны отыскать её. И поможет вам в этом Кэй-камень. Итак, ваш путь сейчас лежит к морю Майдос, а куда повернёт он потом, укажет вам Алый фириаль.
С этими словами Арквана протянул мне Грозовой фириаль:
– Береги его, девочка! С этой минуты ты становишься Хранительницей фириалей!
Моя жизнь в Тармангарском замке – когда я с деревянным мечом в руках зарабатывала синяки и ссадины, когда кормила и чистила Андигора, когда читала «Предания Пятиморья» в укромном уголке замковой часовни – моя прежняя жизнь закончилась. Мир, ограниченный замком и деревней, оставался в прошлом. И, может быть, не вернётся никогда.
Вернее, может быть, не вернусь я.
– А теперь, пока готовят в дорогу лошадей и поклажу, вам нужно подкрепиться, – прервал мои мысли голос Аркваны.
Только сейчас я вспомнила, что с утра ничего не ела. Я пошла вслед за Аркваной и Элотом в зал, где на большом столе стоял сосуд с горячим ароматным отваром и блюдо с пресными лепёшками, которые мы макали в мёд. Отхлебнув глоток травяного отвара, я почувствовала, как бодрость и тепло разливаются по всему телу. Мята, ягоды можжевельника, лепестки горного кислолиста… Напиток ещё хранил вкус изобильного лета, которое покинуло Тармангар.
Когда трапеза закончилась, от моей усталости не осталось и следа.
– Лошади готовы. Пора в путь, – сказал Арквана.
У ворот замка нас уже поджидали лошади. Мы заметили на них незнакомую поклажу.
– Спасибо вам, мудрый Арквана! – сказала я, – Если мы вернёмся, то есть, когда мы вернёмся, я расскажу вам обо всём, что с нами произошло, а вы напишете толстую книгу.
– Ты сама напишешь её, девочка, – сказал Арквана, смахивая с лица дождевые капли. Я улыбнулась в ответ.
Мы вскочили на коней, и Элот крикнул, обернувшись:
– Прощайте!
– До встречи! – услышали мы сквозь шум дождя.
Мы ехали по узкой каменистой тропинке. Отвесная стена с одной стороны и пропасть с другой. Копыта коней скользили по мокрым камням. Один неверный шаг Андигора или Аска… Но лучше не думать о том, что могло бы случиться.
Дождь лил и лил, но мы уже не обращали внимания на холод и пронизывающий ветер. Все наши мысли занимал замок Тени, встреча с которым неотвратимо приближалась.
Быстро темнело. Когда мы достигли ущелья Отчаяния, стало совсем темно. Мы остановили коней.
– Элот, дождь кончился. Мы переночуем здесь? Или поедем дальше? В такой темноте не разобрать дороги, – сказала я.
– Знаешь, Ева, утром тень от замка будет перегораживать дорогу. Если мы сейчас остановимся, придётся ждать полудня, когда тень сокращается и освобождает путь. А нам медлить нельзя. Попробуем пробраться сейчас ночью, – ответил Элот.
– Но я ничего не вижу. Тучи закрыли и небо, и звёзды…
– В такой темноте и теней не бывает. Я поеду вперёд, а ты не отставай от меня. Я уже несколько раз ездил этой дорогой.
Я, превратившись в слух, ехала за Элотом, стараясь направлять Андигора след в след за Аском.
Я думала о том, какой он, этот замок Тени.
