В Африке Колумб слышал о людоедах. Они были бедными, дикими людьми, у которых редко имелось что-нибудь ценное для европейцев. Поэтому не собирался плыть далеко, спрашивал дорогу только на Банеке.
6 ноября неожиданно раньше срока вернулись посланники адмирала. Смущенно переминаясь с ноги на ногу, они рассказали о поисках властителя.
«Мы прошли двенадцать лиг
Луис де Торрес попытался объяснить дикарям цель нашего визита, говорил по-еврейски, по-халдейски, по-арабски, но туземцы не понимали его. Я велел проводнику приветствовать вождя. Диего поднялся с чурбака и долго что-то говорил нагому владыке и его сородичам. Речь раба понравилась жителям селения, они обрадовались обещанию покровительства, а когда он замолчал, знаками выразили почтение и восхищение. Аборигены принимали нас за сверхъестественных существ, вскакивали с мест, трогали одежду, в знак покорности прикасались к ногам и рукам. Видя убогость и бедность индейцев, мы вручили им дешевые подарки, вызвавшие бурный восторг. Они без стеснения принялись делить стекляшки и колпаки.
По знаку вождя, мужчины удалились, в хижину вошли голые женщины. Некоторые из них имели хлопковые покрывала. Женщины уселись на полу в ожидании повторения рассказа. Диего поведал им о плавании и поисках золота, раздал подарки.
Когда красавицы ушли, вернулись мужья. Мы показали им корицу, перец, прочие пряности. Хозяева с интересом обнюхали образцы и заявили, что не видели такие травы и коренья, но слышали, будто далеко от селения на краю земли, на юго-востоке, эти продукты растут в изобилии. Мы не заметили у индейцев золота и драгоценностей.
Вечером мы посетили соседние дома, построенные в форме палаток. В них лежало много хлопка. Возле хижины мы заметили кучу в пятьсот арроб
Мы расспрашивали индейцев о Великом хане. Они не знают о нем и не слышали о Катае, Сипанго, Индиях, прочих восточных царствах. У них есть вождь с кучей сородичей.
Убедившись в ошибке, утром мы засобирались в обратную дорогу. Туземцы подумали, будто мы хотим вознестись на небо, пожелали проводить нас до кораблей. Мы позволили это помощнику вождя, его сыну и слуге. По пути к морю встретили много мелких деревень в четыре-пять хижин. Дома прятались в зелени деревьев, над кровлями хижин висели благовонные плоды. Мы прошли мимо возделанных полей с потатами, перцем, маисом, юккой, прочими полезными растениями, видели хлопчатники – деревья, из которых добывают бумагу. Из ее волокон дикари прядут висячие постели, кусочки ткани. На хлопчатниках растут деревья разной величины, индейцы старательно следят за молодыми саженцами.
Вокруг порхали птицы. Мы удивлялись их разнообразию, яркости оперений. Встретили филинов и маленьких куропаток, насладились пением соловья.[50]
Мы не обнаружили городов. Повсюду живут нагие дикари».
Рассказ послов расстроил Колумба. Он предполагал, будто открыл богатую страну, а в ней жили первобытные аборигены, не знакомые с железом и колесом, добывавшие огонь трением кусочков дерева. Земля не походила на Сипанго или азиатское побережье материка. Христофор проводил замеры солнца над горизонтом, подсчитывал пройденные лиги, определял местоположение флотилии. Он думал, будто эскадра находится то на острове, то на материке. Если на материке, то где?
Широта показывала, что Катай и Манджи расположены севернее стоянки флотилии, Индия – южнее. Это не соответствовало рассказам Родриго де Хереса и Луиса де Торреса, ибо в тех местах обитали цивилизованные народы. Оставалось предположить, что описанные Марко Поло страны лежат на юге, а здесь живут дикие племена. Отсюда следовал ложный вывод: надо спускаться к экватору, там искать Великого хана. А как же карты Бехайма и Тосканелли? Забудьте о них! Колумб мечтает нарисовать свою карту, которая будет точно изображать географию земли.
«Я решил каждую ночь описывать случившееся за день, а днем отмечать произошедшее ночью, имея в виду составить новую морскую карту, на которой в надлежащих местах были бы показаны под их ветром все моря и земли», – записал в дневнике Христофор.
