Тихая черная ночь опустилась на Санта-Марию. На берегу мерцали огни, в гавани пели пьяные португальцы. Крупные звезды висели над мачтами «Ниньи». Счастливые матросы спали. Командир не сходил с палубы, прислушивался к шуму за бортом, окликал дозорных, проверял порох с картечью.
На рассвете заморосил легкий дождик. Заснувшие на палубе матросы вскочили на ноги, заторопились на берег. К ним присоединились офицеры. Колумб разочаровал спутников.
– Нас здесь сорок пять моряков – сказал Христофор. – В шлюпке вместе с гребцами поместятся пятнадцать человек. Прочие останутся на корабле.
– Как останутся? – возмутились моряки. – Мы дали обет отправиться на богомолье, а вы не пускаете нас на берег?
– Я возьму грех на себя, – сухо произнес Колумб.
– В чем дело, адмирал? – повысил голос де ла Коса.
– Не хочу потерять сразу всю команду, – пояснил командир.
– Вы слишком осторожны, – обиделся шкипер.
– Адмирал прав! – капитан «Ниньи» поддержал решение Христофора. – Я тоже не позволю всем своим морякам покинуть судно.
– Что нам делать? – приуныли кастильцы.
– Киньте жребий, выберите пятнадцать человек! – предложил Христофор. – Меня, Висенте, Пералонсо, канониров в список не включать!
– Позвольте сойти на берег! – взмолился кормчий Санта-Марии.
– Нет, – отрезал Колумб.
Через несколько минут пятнадцать счастливчиков в длинных рубахах со свечками и молитвенниками в руках поплыли в гавань, где их ждали священники. Издали затворники на «Нинье» видели, как процессия в белых саванах с пением псалмов медленно тронулась за холмы. Малиновый звук колокола церкви Христа Спасителя провожал богомольцев. Эхо отражалось от каменных стен домов, уносилось в океан, где тридцать испанцев на палубе каравеллы горячо шептали молитвы, завидовали ушедшим товарищам.
Как только паломники скрылись из глаз, начали спускаться в долину к почерневшей за столетие часовне, из придорожных кустов на них набросились вооруженные солдаты. Они повалили испанцев на землю, скрутили им за спину руки, погнали палками в тюрьму. Комендант острова, доблестный рыцарь Жуан де Каштанейра, руководил расправой над беззащитными людьми. Он вопил, размахивал мечом, словно воевал с полчищем сарацин. Стремительный натиск увенчался успехом. Спутникам Колумба не удалось вырваться из лап португальцев, выбежать на берег, предупредить о коварстве хозяев острова.
Покончив с паломниками, комендант спустился в гавань, сел в шлюпку, поплыл к покачивавшейся на рейде «Ниньи». Португалец думал, что ловко арестовал здоровую половину моряков, а с Колумбом лежат больные, не способные дойти до часовни. Каштанейра считал, что на маленьком судне осталось мало людей. Комендант смело причалил к борту, высокомерно приказал человеку в старой францисканской рясе вызвать на палубу командира.
– Он перед вами, – представился «священник».
– Это вы? – растерялся португалец.
– Да, сеньор.
– Вы приняли монашеский сан?
– Нет, но думаю об этом.
– Я арестовал ваших людей, – с гордостью сообщил комендант. – Извольте войти в гавань, покинуть корабль, сдаться королевским чиновникам.
– Кто позволил вам это сделать?
– У меня есть указ Его Величества брать под стражу проходящие мимо острова чужеземные корабли.
– Разве между нашими монархами идет война?
– В вашем положении я бы не спорил! – снисходительно оборвал его португалец. – У вас нет сил, вам нужна помощь, корабль разваливается на части, люди истощены и больны, здоровые матросы арестованы, сидят под замком. Если вы добровольно сдадите судно, обещаю вам хорошее содержание и на первом корабле отправить в Лиссабон вместе с экипажем, чтобы король решил, как с вами поступить.
– Мы знаем цену твоих слов! – усомнились моряки, следившие за переговорами. – Убирайся по добру, пока мы не наложили тебе картечи в штаны!
Христофор поднял руку, успокоил матросов.
– А если я не приму требование? – спросил Колумб.
– Тогда я дам вам почувствовать, что такое Португалия! – напыщенно воскликнул Каштанейра.
– Я знаю, что такое Португалия, – усмехнулся Христофор. – Его Величество приходится мне дальним родственником со стороны моей покойной жены Фелипы Мониз де Перестрелло. Вы слышали это имя? (Каштанейра смутился) Вряд ли королю Жуану понравится ваше решение! Отпустите моих людей! За это я забуду о неприятном случае, тотчас отправлюсь в Кастилию.
– Никогда! – заявил комендант. – Вам придется подчиниться или узнать силу португальского оружия!
– Я знаю его силу, – продолжил адмирал. – Одиннадцать лет назад я плавал под командованием де Азамбужа с Капом и Диашем в Сан-Жоржи-да-Мина, слушал в королевском дворце рассказы о походах на юг Африки. Мне не нужно шпионить за вашими кораблями, мне известны все тайны.
– Это не освобождает вас от ареста! – изрек Каштанейра. – Если вы вслед за мной не причалите к берегу, пушки крепости уничтожат «Нинью».
– Твоя защита далеко, а смерть близко! – крикнули коменданту матросы.
– Вы ответите за оскорбление! – пригрозил португалец.
– Советую вам скорее отчалить от борта, а то я не удержу людей от праведного гнева, – сказал адмирал.
