– Пираты не страшны эскадре, – рассудил кормчий. – Прошлогодний шторм – вот что самое ужасное на свете. Жутко вспоминать, что мы пережили с адмиралом!
– На Средиземном море тоже бывают высокие волны, – вставил в разговор Диего.
– Я плавал по нему, – свысока заметил де ла Коса. – Ничего особенного. Ты бы видел зыбь днем на спокойной воде!
– Зыбь? – спросил Колон.
– Волны идут одна за другой выше колоколен, – пояснил пилот. – Корабль переваливается, того и гляди, нырнет бушпритом в воду! Мы испугались, а потом привыкли. Христофор сказал: «Это знак Господа». Правда, будто он работал за ткацким станком?
– Да.
– Где он научился водить корабли?
– В Генуе и Лиссабоне.
– Ну-ну… – не поверил де ла Коса. – Это я слышал.
– Чего спрашиваешь?
– Думал, сообщишь новенькое.
– Поговори с братом, а меня не тронь.
– Не буду, – согласился пилот.
Друзья замолчали. Равномерный плеск весел нарушал тишину. В темноте виднелись силуэты каравелл.
– Гребите к крайнему том-бую, – велел Микеле. – Туда редко заходят корабли.
– Давайте поднимемся ко мне, – предложил Диего. – У меня есть хорошее вино.
– Сначала осмотрим поплавки, – решил итальянец.
– Я бы сразу поплыл к нему, – заныл кормчий.
– Греби, греби! – прикрикнул Микеле. – Еще успеешь вином причаститься.
Лодка плавно развернулась, пошла к бую.
– Зачем эконом плавает сюда? – поинтересовался Диего.
– Прячет золото, – предположил Микеле. – Привязывает к поплавку веревку, опускает сумку на дно.
– Откуда у него золото?
– Меняет у индейцев. Если солдат обыскать, у каждого найдется золотишко.
– Почему эконом скрывает золото в море?
– Здесь безопаснее. Никто не найдет.
– Но ведь ты догадался?
– Я следил за ним.
– А ты где бы спрятал?
– В землю зарыл, – выпалил Диего.
– Эх, моряк! – усмехнулся итальянец. – Я думал, вспомнишь о корабле.
Лодка мягко уткнулась носом в буй, потянула его за собой и остановилась.
– Если найдешь, дай нам понемногу! – попросил Колон.
– Отнесу Христофору, он знает, что с ним делать, – отказался Микеле.
Он привязал лодку к деревянному поплавку, скинул рубашку, нырнул в воду. Через минуту черная голова итальянца всплыла на поверхность.
– Нашел? – нетерпеливо заерзал на доске Диего.
– Нет.
– Попробуй еще раз, – посоветовал де ла Коса.
Сейчас, сейчас… – отфыркивался моряк.
Он набрал в легкие воздух, скрылся под водой.
– Нашел? – вновь не выдержал Диего, увидев показавшегося в волнах друга.
– Там нет сумки, – устало пробормотал Микеле.
– Глубоко нырнул? – допытывался кормчий, когда он переваливался через борт.
– До дна.
– А эконом нырял?
– Нет.
– Значит, здесь что-то другое, – сообразил Колон. – Не зря же де Писа плавал сюда!
– Надо осмотреть буй, – смекнул Микеле, стряхивая с густых волос соленые капельки. – Наверное, он засунул золото внутрь ящика. Открой его! – велел сидевшему у поплавка пилоту.
Де ла Коса пошарил в темноте руками, нащупал задвижку с клином, приподнял крышку.
– Что там? – заволновался Диего.
– Бутыль с пробкой, – разочаровал друзей де ла Коса, – а в ней бумаги.
– Ищи золото! – торопил Диего.
– Здесь пусто.
– Дай, я посмотрю! – Микеле оттолкнул товарища, заглянул в ящик, взял в руки прозрачную стеклянную бутыль, вынул из широкого горлышка пробку, вытащил уложенные в свиток бумаги. Стараясь не замочить документы, разобрал крупные буквы: – «Их Величествам, Королям Кастилии и Арагона, дону Фердинанду и доньи Изабелле…»
– Ого! – воскликнул Диего. – Это донос!
– Читай дальше! – попросил де ла Коса.
Микеле разобрал несколько строк, убедился в важности находки и сказал:
– Мы нашли нечто дороже золота. Адмирал даст нам за бумаги по куче монет.
Моряки закрыли крышку том-буя, поплыли к берегу.
Утром солдаты арестовали Берналя де Пису, привели к Колумбу. Заметив на столе списки участников заговора и письмо к монархам, эконом покаялся во всем. Это спасло ему жизнь. Вице-король имел право казнить преступников, но, учитывая добровольное признание, смилостивился над врагом, только сильно напугал его. Берналя де Пису привязали к позорному столбу на непросохшей от грязи площади, прочитали смертный приговор. Он упал на колени, молил солдат о пощаде. Приговор обещали привести в исполнение на рассвете следующего дня.
Весь день эконом провел у позорного столба. Люди в страхе избегали его, ждали арестов дворян. Вечером адмирал зачитал донос де Писы с подписями идальго, огласил список бунтовщиков. Наступила предгрозовая тишина, охрана короля застыла в полном боевом облачении.
– Данной мне властью повелеваю: – слабым голосом произнес Колумб, – простить участников готовящегося мятежа и не винить в дальнейшем за противозаконные действия.
Немного передохнув, Христофор сказал собравшемуся народу:
– Если бы планы главного эконома осуществились, бутовщики увели бы в Кастилию корабли с продовольствием, обрекли нас на голодную смерть. Пусть они живут в Изабелле, смотрят вам в глаза. Это тяжелое испытание для них.
– Казни бунтарей! – закричали люди.
– Утопи в море!
– Умори голодом!
– Четвертуй!
– Нет! – возразил Колумб. – Я не пролью крови кастильцев. Они должны искупить вину перед вами. Правильно я говорю, отец Бойль?
