Мучительными бессонными ночами адмирал думал о том, как выйти из трудного положения. Возвращаясь из Кастилии на Эспаньолу, он лелеял мечты о земном Рае, где одни люди будут работать, другие – повелевать. Действительность уничтожила «благие» намерения командующего, психология рабовладельца заставила искать решение проблемы за счет индейцев. Христофор начал готовиться к сражениям.
Война в обширной долине, где проживали десятки тысяч туземцев, требовала концентрации сил. Что мог противопоставить союзу племен больной адмирал? Триста деморализованных солдат, частью пораженных недугами и плохо вооруженных, да десяток всадников Охеды, не сбежавших на родину. С такими силами не приходилось надеяться на победу. Следовало дождаться помощи из метрополии, переформировать и вооружить армию, запастись продовольствием, обезопасить тылы. Это требовало времени. Бартоломео неустанно трудился над строительством города, искал союзников. Зимой Гуаканагари согласился принять участие в войне на стороне испанцев. Ждали подхода флотилии, конца сезона дождей.
В последних числах октября 1494 года, через месяц после возвращения Колумба из экспедиции, Торрес вышел из Кадиса с тринадцатью кораблями и в середине декабря приплыл на остров. Его ждали с нетерпением. Флотилия везла сотни колонистов с женами и детьми, солдат, лошадей, богатые припасы продовольствия, арсенал оружия и многое другое, о чем просил Колумб правителей страны. Новые люди – новые надежды и мечты. Воинственный задор добровольцев раздул тлевшие угли войны. Колонисты хотели обеспечить себе спокойную жизнь, не желали видеть рядом восставших аборигенов.
Торрес провел на острове два месяца. Разгружал суда, принимал на борт местные товары. На сей раз, мало собрали золота. Колумб решил восполнить дефицит сотнями рабов, захваченных в результате осенних карательных экспедиций. Тысячу шестьсот невольников согнали в Изабеллу. Испанцы собирались продать пленных на рынке Севильи, уплатить полученные деньги за фрахт судов. Трюмы каравелл не вместили рабов, пришлось отобрать пятьсот пятьдесят самых крепких мужчин, прочих оставить на острове. 24 февраля 1495 года Торрес повел корабли в Испанию, где тучи сгущались над головой адмирала.
В конце ноября прошлого года в Кадис приплыли Педро Маргарит, отец Бойль, освобожденный из-под стражи главный эконом Берналь де Писа. Троицу смутьянов сопровождали десятки разгневанных идальго, ненавидевших вице-короля, считавших, будто он утонул у кубинских берегов. Они обвиняли Колумба в преступлениях, выгораживали себя, представлялись защитниками короны. Фердинанд с Изабеллой поверили клевете, приняли беглецов. Король оправдал приговоренного к смерти эконома, позволил ему заняться другими делами. Маргарит прижился во дворце, пользовался любовью монархов. Священник Бойль получил важное поручение к Папе, отправился в Рим. Обласканные королями идальго разъехались по домам. Никто не пострадал за мятеж и захват кораблей. Если бы Колумб не вернулся из плавания, то колонисты оказались бы на несколько месяцев отрезаны от цивилизации и в случае необходимости не могли переехать из города в иное место.
Проводив Торреса, Колумбы отобрали двести солдат, снабдили отряд оружием. Конницу поселенцев образовали двадцать всадников на здоровых сытых лошадях, а не на полудохлых клячах, как в первом походе в долину Вега-Реаль. Войска сопровождали псари с двадцатью огромными Канарскими собаками.
Ровно через месяц, 24 марта, армия вице-короля отправилась в поход. Колумб повел войска на непокорные племена. Отряды Гуаканагари, численностью в тысячу человек, сопровождали испанцев. Долина Вега-Реаль подверглась ужасному нашествию, уничтожившему целые области. Адмирал не получил легкой, быстрой победы, война растянулась до конца года.
Предводитель племен Каонабо был храбрым воином, осторожным командиром. Касик избегал сражений, перемещался по стране, скрывался в потаенных местах горных хребтов, зарослей леса. Отсюда он совершал набеги на мелкие отряды испанцев. Разгромив неприятеля, Каонабо исчезал в тропических дебрях. Христофор посылал туда войска, но в это время индейцы нападали на врагов там, где их не ждали. Судьба войны зависела от поимки или смерти Каонабо. Алонсо де Охеда вызвался расправиться с царьком. Он нашел Каонабо в горном селении в окружении многочисленных телохранителей. Кучке испанцев противостояли сотни индейцев. Охеда смело направил лошадь в гущу врагов. Всадники последовали за командиром.
Маленький воин на крупном коне казался туземцам огромным, его латы сверкали золотом в лучах заходящего солнца. Броня лошади и расшитая цветными нитками попона выглядели верхом богатства и великолепия. Разбежавшиеся в стороны индейцы пропустили испанцев внутрь круга. Расписанные коричневой и черной краской голые воины громко кричали, размахивали копьями с обожженными на костре наконечниками. Охеда придержал коня. Туземцы не унимались. Алонсо поднял руку, заговорил. Воины не понимали кастильскую речь, но угомонились и с интересом следили за ним.
