– Я принял магометанство.
– Это великий грех! – покачал головой да Сада.
– Для христианина, а не для мусульманина, – поправил мужчина.
– Покажите письмо! – велел да Сада.
– Вот оно, – посланник протянул перевязанный красной лентой свиток желтой бумаги.
– Оно написано по-арабски… – промолвил офицер, любуясь витиеватыми буквами.
– Это писал не я. У властителя Гоа служит много арабов.
– Пойдемте, я проведу вас к командиру, – предложил да Сада и первым направился к адмиралу.
Васко принял посла в каюте. Итальянец с интересом разглядывал резные панели стен, позолоту убранства, плотные занавески на окнах. Адмирал не спешил с вопросами, внимательно следил за гостем. На вид тому было лет сорок, он имел светлую кожу, темные волосы, голубые глаза. Его движения отличались изяществом, он не походил на воина или моряка.
– Позовите Монсайди! – распорядился командующий.
– Вы не знаете итальянского языка? – догадался мужчина.
Адмирал не ответил. Посол повторил вопрос по-арабски, да Гама молча взглянул на него. Пришел переводчик.
– Ты знаешь его? – командир кивнул на мавра.
– Нет, – покачал головой Монсайди.
– Он говорит, будто приплыл из Гоа. Ты бывал там?
– Да.
– Видел купцов?
– Да.
– Всех?
– Нет. Чем он торгует?
– Расположением хозяина. Предлагает заключить союз. Ему можно верить?
– Я верил заморину Калькутты, а он хотел меня убить, – уклонился от ответа Монсайди.
– Хороший совет! – похвалил Васко. – Расспроси его, что хочет получить от нас властитель Гоа?
Мавр перевел вопрос адмирала, посол быстро заговорил по-арабски. Многословием он походил на Монсайди, но отличался настороженностью, не понравившейся командующему.
– Арестуй туземцев в баркасе, – приказал он да Саде.
Офицер вышел из каюты. Васко подозвал мавра.
– О чем говорит посол?
– О союзе с заморином.
– Так долго?
– Обещает дать свежие продукты для возвращения на родину.
– Это есть у меня. Что еще?
– Послать слуг в Лиссабон.
– Его? – адмирал опять кивнул на итальянца.
– Он не хочет плыть, мешают дела в Гоа.
– Какие?
– Занимается торговлей.
– Что написано в свитке?
– Предложение заключить союз против Калькутты.
– Они воюют между собой?
– Хозяин посла собирается напасть на заморина.
– Гоа далеко от Калькутты?
– Да.
– Тогда зачем воевать с властителем?
– Не знаю.
– Спроси!
Помощник капитана вышел на палубу, созвал моряков. Они с мечами спрыгнули в баркас. Не ожидавшие нападения туземцы не успели оказать сопротивления. Их связали, уложили на дно.
– Обыщите судно! – велел да Сада.
Матросы обшарили закоулки, обнаружили припрятанное оружие. Обилие мечей, коротких копий, луков и стрел показалось подозрительным.
– Дозорный! – крикнул офицер. – Что видно на втором баркасе?
– Следят за нами, – доложил вахтенный из вороньего гнезда.
– Они заметили арест туземцев?
– Нет.
– Если увидишь суету, дай знать!
– Попытать бы их! – предложил матрос, стороживший пленных.
– Кликни Нуниша! – велел офицер.
– Я здесь, – отозвался с борта бывший заключенный.
– Спускайся вниз, побеседуй с туземцами.
– О чем?
– Зачем приплыли? Если скроют правду, распорем животы и кинем за борт.
– Разве посол не сказал? – заупрямился моряк.
– Сказал, но я хочу проверить.
Толмач спрыгнул в баркас, растолкал пленных. Один из них понимал по-арабски. Нуниш перевел слова офицера, тот испугался.
– Говори, а то зарежу! – припугнул португалец.
Туземец услужливо закивал головой.
– Вы хотели заманить нас в гавань и убить?
– Нас послали предложить вам союз, – сообщил индиец.
– Против кого?
– Я не знаю.
– Ваш заморин – враг Калькутты?
– Нет.
– Кто провожал посла?
– Моплахи.
– Почему второй корабль спрятался у берега?
– Чтобы уплыть в Гоа, если вы арестуете нас.
– Кто это придумал?
– Моплахи.
Нуниш отпустил туземца, передал слова помощнику капитана.
– Моплахи, говоришь… Я так и думал! – воскликнул да Сада.
Посла вывели на палубу, привязали к мачте.
– Скажи ему, что его будут пытать, пока не раскроет замыслов заморина, – велел командующий Монсайди.
Толмач перевел угрозу командира. Итальянец принялся объяснять, что приплыл на остров с честными намерениями, что произошла ошибка, которую будет легко исправить в Гоа. Адмирал не верил ему. Если бы матрос не рассказал интересные подробности, командующий все равно усомнился бы в искренности посла. Уж слишком много он болтал, противоречил себе.
Пришел палач с плетью и набором инструментов.
– В последний раз спрашиваю: зачем пожаловал на корабли?
– Для заключения союза, – обречено произнес взволнованный посол.
– Приступай! – кивнул палачу Васко.
Итальянца выпороли, пытали, но он повторял прежние речи. И только когда поднесли меч к горлу, сознался.
– Заморин послал меня уговорить вас зайти в Гоа, чтобы захватить корабли для походов на соседей, – еле выговорил измученный итальянец.
– Молодец! Ты долго держался, – похвалил адмирал. – Если поможешь овладеть вторым кораблем, я подарю тебе жизнь. Ты согласен?
– Да, – промолвил посол.
Итальянца обмыли, перевязали, одели в новую одежду.
– Что я должен сделать? – спросил он.
– Приказать баркасу отойти от мели.
– Зачем? Расстреляйте его из пушек.
– Мне нужны рабы и снаряжение.
– Что сказать?
– Придумай сам.
