«В двух тысячах лиг отсюда между северо-западом и западом они нашли страну, до сих пор совершенно не известную. Они прошли приблизительно 600–700 лиг вдоль берега земли и не нашли ее конца, что заставляет их думать, будто это – материк. Земля расположена за другой землей, открытой в прошлом году на севере. Каравеллы не могли достичь той земли из-за льдов, беспредельного количества снега. Их мнение об открытии материка подтверждается множеством крупных рек, которые они встретили… Они говорят, будто страна очень населена, что деревянные жилища туземцев велики, покрыты снаружи рыбьими (тюленьими) кожами… Сюда доставили семерых туземцев – мужчин, женщин, детей… Они одинакового цвета, сложения и роста; сильно похожи на цыган; одеты в шкуры разных животных… Шкуры не сшиты вместе, не дублены, такие сдирают с животных. Они покрывают ими плечи и руки… Туземцы очень боязливы, кротки… Их лица раскрашены, как у индейцев… Они разговаривают, но никто не понимает их. В той стране нет железа, они делают ножи и наконечники для стрел из камней. У них много лососей, сельдей, трески и другой рыбы, а также лесу – буков, особенно хороших сосен для мачт и рей…»
Сохранилось сообщение о плавании Гашпара Кортериала, представителя Феррарского герцогства сеньора Контино, повторяющее свидетельство венецианского посла. Контино приложил к письму карту португальских открытий в Новом Свете, на которой полуостров Лабрадор с восточным побережьем Северной Америки расположен значительно восточнее истинного положения, отчего попал в лузитанскую зону мореплавания. Отсюда следовал вывод: согласно Тордесильянскому соглашению, Лабрадор и восточный берег материка должны принадлежать Мануэлу.
В начале лета на помощь Кабралу в Индию из Лиссабона направились четыре корабля под командой Жуана да Новы. Эскадра не совершила серьезных открытий, ее плавание знаменует второй этап освоения Индийского океана. Это обычное путешествие по известной дороге. Жуан да Нова благополучно достиг мыса Доброй Надежды, обогнул его, пришел в Мозамбик. После короткого отдыха в порту флотилия направились к Момбасе и по пути наткнулась на незнакомый остров. Капитан скромно назвал его своим именем. Из Момбасы португальцы пришли в Малинди, где узнали о резне в Калькутте, бомбардировке города судами Кабрала, гибели сотен людей. Капитан понимал, что теперь опасно плыть в Калькутту, но не хотел показывать слабости, решил еще раз (если понадобится) продемонстрировать силу европейского оружия. Да Нова взял курс на Малабарский берег. В Кочине и Каннануре моряки загрузили трюмы перцем, имбирем, корицей, прочими пряностями. Властитель Калькутты проведал о португальцах, отправил в Каннанур на перехват каравелл свой флот с судами моплахов. Друзья предупредили капитана о врагах, посоветовали покинуть гавань, скрыться в океане. Вместо этого да Нова повел эскадру навстречу армаде. В завязавшемся сражении португальцы разбили неприятеля, раздавили тяжелыми корпусами, разнесли в щепы выстрелами бомбард. Несколько кораблей заморина пошли на дно, часть баркасов сбежала по ветру, прочие попали в плен, подверглись разграблению и уничтожению. Капитан казнил захваченных индийцев. После убедительной победы да Нова повел флотилию в Португалию. По пути он открыл в Атлантическом океане остров Святой Елены – последнее пристанище императора Наполеона.
«По преданию остров Святой Елены является первым пунктом в южном полушарии, где началась европейская колонизация. Согласно легенде, португальский матрос Фернан Лопиш, участник первой экспедиции Васко да Гамы, влюбился в Калькутте в индианку и решил жениться на ней. Для этого ему пришлось перейти в мусульманскую веру. Когда через два года в Кочине остановились корабли Жуана да Новы, Лопиш покинул свою жену и, добравшись до Кочина, упросил взять его обратно на родину и разрешить вернуться в христианскую веру. Чтобы искупить свои грехи, он захотел остаться в одиночестве на острове Святой Елены. Жуан да Нова снабдил отшельника припасами, дал ему некоторые орудия, семена овощей и хлебных злаков. Фернан Лопиш, оставленный на необитаемом острове, так усердно работал, что через четыре года в состоянии был снабжать пшеницей и овощами португальские корабли, пристававшие к острову Святой Елены во время длинного перехода из Европы до мыса Доброй Надежды»[96].
Заканчивая обзор географических открытий 1500–1501 годов, упомянем о третьем плавании Америго Веспуччи.
