Весной и летом 1501 года Колумб работал над началом «Книги пророчеств». Рукопись не сохранилась, можно лишь предполагать, из каких кусков она складывалась. Книга изобиловала цитатами из Библии об освобождении Иерусалима. Многие пророки писали о том и удивились бы, узнав, как Христофор приспособил их мысли и речи к событиям XVI столетия. Древние евреи пророчествовали применительно к своему времени, предсказывали освобождение Дома Божьего от вавилонян и греков. Колумб увидел иных врагов – арабов и турок. Винить адмирала нельзя, таковы традиции иудаизма и выросшего из него христианства. Христофор внимательно перечитывает Библию, выписывает все имеющее отношение к освобождению Сиона, распространению Слова Божьего, к концу Света.
Увлечение Кабалой позволило Колумбу определить начало светопреставления. Оно должно произойти через сто пятьдесят восемь лет. Христофор поделился открытием с монархами и Римским Папой. Они не восприняли это всерьез, не выказали желания организовать Крестовый поход или ускорить подготовку четвертого плавания.
Адмирал-францисканец творил. Покончив с Библией, он взялся за труды отцов Церкви, тщательно выписывал мысли христианских святых. У Колумба набирается увесистый том, а ему мало, он обращается за помощью к севильскому монаху картезианского монастыря Санта-Мария-де-лас-Куэвас, Гаспару Горисью. Христофор познакомился с ним в 1493 году, когда в Пасхальные дни накануне барселонского триумфа жил в обители. Гарисью родился в Италии, с детских лет увлекался богословием, удивлял современников оригинальными толкованиями библейских текстов и Апокалипсиса. В доме Бернальдеса Колумб встречался с Гарисью, беседовал о книгах, обсуждал пророчества. Гаспар был одухотворенным мистиком, знавшим наизусть сотни страниц Священных писаний, трудов подвижников. В Гранаде между адмиралом и монахом завязалась оживленная переписка. Гарисью понравилась идея «Книги пророчеств», он одобрил замысел друга, дал советы, обещал помочь отредактировать текст. Христофор с головой ушел в работу, а тем временем за его спиной Фердинанд с Изабеллой искали для Эспаньолы нового правителя.
Бобадилья сделал свое дело, – сместил Колумбов, пополнил казну, показал, что остров способен давать прибыль. Для эффективного руководства требовался человек, не связанный обещаниями с поселенцами и дружбой с мятежниками. Выбор пал на командора Николаса де Овандо. Пятидесятилетний глава религиозного рыцарского ордена считался деятельным, твердым человеком, способным навести порядок в колониях. Пока адмирал витал в облаках, беседовал по ночам с пророками, Фердинанд с Изабеллой присматривались к командору, обнадеживали его высокой должностью. Монархи не торопились. В течение года они держали рядом Бобадилью, выжидали удобного момента для смещения адмирала, а теперь таким же образом хотели убрать командора ордена Калатравы. Христофор не знал о закулисных интригах, верил в порядочность королей, надеялся на обещания.
