В трудах христианских авторов начиная с четвёртого века описываются жизнь и размышления первого поколения монахов. Эти монахи жили в пустыне Фиваидской, куда они бежали от коррупции, проникшей в Церковь вместе с признанием христианства официальной религией. Так, мы узнаём, что однажды Отец Агафон спросил Отца Алония: «Как мне умудриться сделать так, чтобы мой язык никогда не лгал?» Последовавший ответ гласил: «Если ты не будешь лгать, ты совершишь много грехов». Тогда Отец Агафон спросил снова: «Как же это возможно?» Алоний ответил: «Подумай: вот два человека совершают убийство на твоих глазах, и один из них прячется в твоей келье. Приходит судья, ищущий его, и спрашивает тебя: Видел ли ты, как было совершено убийство? Если ты не солжёшь, ты обречёшь человека на смерть. Не лучше ли предоставить судить его Богу, которому ведомо всё?» Лютер говорит, что ложь во спасение ближнего или в шутку - это не ложь. Лично я считаю, что следует различать ложь и неправду. «Фауст» и «Парсифаль» не являются ни правдой, ни ложью, это произведения искусства. Сказки, которые мы рассказываем детям, или анекдоты, которые рассказываем взрослым, чтобы рассмешить их, тоже нельзя назвать ложью. Они относятся к совершенно иной области, к миру фантазии и игры. Будет ли ложью неправда, сказанная для спасения жизни, чести или имущества невинного человека, гонимого палачом, преследующим правду и чистоту? Можно ли назвать столь неприглядным словом поступок, продиктованный любовью? Ложь - это неправда, сказанная с целью навредить ближнему. «Люби и делай, что хочешь» - говорит Святой Августин. Лучше ли добро, чем правда, а неправда во спасение жизни - лучше ли правды, несущей смерть? В нехристианских тоталитарных государствах верующие каждый день сталкиваются с этой проблемой. А что же сказать о принесении Исаака в жертву Авраамом? Существует такая область святого, в которой наши практические суждения теряют всякую силу. Не знаю, сохранилось ли бы понятие «правда» в нашей столь тяжкой земной жизни, если бы изредка то тут, то там не появлялись безымянные герои, подобные Берте, способные пожертвовать всем, что у них есть дорогого, ради истины? Мне часто приходилось слышать очень поверхностные проповеди, обращавшие к слушателям такой вопрос: «Что вы потеряете, став христианами? Только свою бутылку цуйки, имя и репутацию, больную совесть и домашний ад!» Нет, есть люди, которые ради своей веры готовы потерять больше: состояние, здоровье, свободу и даже самое дорогое на свете - жизнь своих близких!
Моя жена происходит из семьи ортодоксальных евреев. После принятия христианства она не могла спать ночами, мучаясь мыслью о своих родителях, благочестивых евреях. Мы поехали в Черновцы, чтобы поговорить с ними, и прибыли туда в пятницу, в начале еврейского шабата. Стол был накрыт по-субботнему, свечи зажжены. Три её младшие сестры и мой маленький восьмилетний шурин смотрели на нас с почтением. Радость родителей была безгранична: ведь их старшая дочь явилась к ним со своим любимым мужем!
Мой тесть встал и прочитал Кидуш - благословение вину. Он очень удивился, увидев, что я, которого он считал атеистом, стал петь вместе со всеми старую молитву из Бытия (2:1-3): «Так совершены небо и земля и всё воинство их. И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмой от всех дел Своих, которые делал. И благословил Бог седьмой день и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал. Благословен будь Ты, Иегова, Царь Мира, создавший плод, который даёт вино». После этого было произнесено благословение хлебу, и все сели за стол.
