Услыхав, что я оказался заблудшей овцой, раввин Г., отпрыск известного рода раввинов-чудотворцев, призвал меня к себе. Это был величественный старик, седовласый, с белоснежной бородой и высоким лбом. Лицо его светилось добротой. Он извинился, что заставил меня прийти к нему на дом - не будь он так стар, он пришёл бы ко мне Сам. Он хотел знать, что же так привлекает меня в христианстве. Я коротко рассказал ему о своей греховной жизни и о том чувстве успокоения, которое дало мне сознание, что мои грехи искуплены Спасителем. «Иисус даёт радость и мир моей душе. Я знаю, что Он успокоил души миллионов людей. И я знаю, что Он никогда не делал зла. Так почему же я должен отрекаться от него, скажи мне, Рабби?».
Вот его ответ: «Иисус не делал зла. Напротив, благодаря Ему многие отвратились от идолопоклонства и узнали истинного Бога. Но ты еврей, и твой долг - соблюдать религию евреев». «Нет, - горячо возразил я. - Еврейская религия ложна именно потому, что она еврейская. Религия должна научить человека познать Бога и найти путь к единению с Ним. Как не может быть румынской теории физики или немецкой теории математики, так не может быть такого понятия, как еврейская религия. Может быть либо вера, либо её отсутствие. Вера либо для всех истинна, либо ложна тоже для всех. Религия должна оцениваться по тем же принципам, что и справедливость. Справедливость, ограничиваемая такими определениями, как расовая, кастовая, классовая, военная, чрезвычайная, не может быть подлинной. Справедливость есть справедливость, без всяких оговорок. По этой же причине я не приемлю никаких ограничений и в вопросе веры. Я стремлюсь к единению с Богом. Вера, предполагающая какие-либо ограничения, может помешать этому единению. Еврейская религия привязывает меня к иудаизму, греческая православная или римско-католическая церкви связывают меня определёнными обрядами, протестанство ограничивает кругом идей реформаторов. Все они строят свои отношения с Богом по горизонтали, а не по вертикали. Я стремлюсь к связи с Богом по вертикали, непосредственной».
Раввин был изумлён. «С глубоким прискорбием и сочувствием, - начал он, - без злобы и осуждения, я должен, однако, сказать, что вижу в тебе человека, оторвавшегося от своего народа. Неужели ты не слышишь в душе голосов своих праотцев, призывающих тебя вернуться?»
Я отвечал ему: «Да, уже один вид еврея с пейсами, звуки песнопений, доносящиеся из синагоги, древнееврейские буквы в Библии - всё это напоминает мне о моих праотцах. Я словно вижу Авраама с семьёй, направляющегося в Ханаан на верблюде. Передо мной проходят картины библейских событий. Я переживаю Исход евреев из Египта, испытываю все тяготы их пути по пустыне. Я вижу чудесное ниспослание Моисею Скрижалей Завета. Я переживаю про себя всю трагическую историю моего народа. Но история и личная жизнь это одно, а объективная истина - другое. Самые выдающиеся философы, политики и теологи всегда предлагают как объективные те системы мышления, которые далеки от объективности и родились под влиянием трагических переживаний их личной жизни. Маркс писал Энгельсу: «Если бы Тит не разгромил мою родину, я, может быть, никогда не стал бы врагом самого этого понятия - родина». Решая вопрос о том, быть или не быть патриотом, нельзя позволять себе руководствоваться такого рода критериями. Так и в вопросе выбора веры мы не должны позволять себе руководствоваться своими чувствами, а должны искать веру истинную. Вот то, к чему я стремлюсь».
Раввин покачал головой с сомнением. «Какая же вера истинная?»
И я ответил: «Ещё не знаю. Но думаю, что уже сделал шаг в направлении истины, поскольку понял, какая религия безусловно несовершенна. Это вера, в которой я родился. Мне представляется абсурдным такое положение вещей, когда религиозные убеждения связываются с сексуальными взаимоотношениями. Мужчина иудейского вероисповедания вступает в брак с женщиной той же веры. И если ребёнок, рождённый в этом браке, не будет исповедовать религию своих родителей, он будет считаться вероотступником. Его сосед, рождённый от брака католика и католички, убеждён, что он обязан быть католиком. То же относится и к протестантам, и к мусульманам, и к буддистам - в результате происходит удивительная неразбериха. Эти религии не могут быть истинными, и я не хочу их исповедовать».
Раввин возразил мне: «Иисус так не думал. Он следовал по пути Своих праотцев. Он соблюдал субботу, соблюдал кошрут и другие законы. Он молился Богу в синагоге. Почему ты не поступаешь так же?»
