Хроники 1325 – 1340 полностью

Королева Английская, ее сын, мессир Жан д’Эно и весь их отряд ехали наугад, забирая то вправо, то влево, пока, наконец, не наткнулись на одно маленькое селение, в котором не было и шести домов. А чуть далее, к своей великой радости, они увидели какой-то высокий монастырь. «Даст Бог, — говорили они, — мы скоро услышим добрые вести». Затем весь отряд сделал привал среди поля, и граф Кентский послал в селение одного конного слугу, дабы выяснить, как называется монастырь, который они увидели. Вернувшись, английский слуга доложил сеньорам, что этот высокий монастырь является аббатством черных братьев и зовется Сент-Эдмунд. Затем отряд снялся с привала и устремился к аббатству.

Когда первые воины показались в воротах аббатства, монахи как раз пели вечернюю молитву на одной площадке. Однако при виде нежданных гостей их охватил такой ужас, что, все побросав, они побежали прятаться кто куда, а сам аббат юркнул в одну укромную келью и там затворился. Ведь монахи вообразили, что это шотландцы или датчане приплыли морем их грабить[953].

Сначала сеньоры даже не знали к кому обратиться. Тем не менее, они ходили и бродили по аббатству до тех пор, пока не нашли одного послушника, который направлялся во двор из монастырского сада. Когда он увидел ратных людей, то захотел убежать, но не тут-то было! Его задержали и, успокоив, спросили, где находится аббат и все его монахи. Послушник ответил, что точно не знает, но полагает, что они в монастыре. Тогда ему было велено их отыскать и успокоить, ибо пришельцы, мол, желают им лишь добра. После этих заверений послушник расстарался так, что отыскал нескольких монахов и, передав слова сеньоров, уговорил их выйти из укрытия. Когда монахи предстали перед сеньорами, те повели с ними мягкую беседу, в ходе которой граф Кентский и мессир Роджер Мортимер себя назвали и молвили: «Сходите поискать вашего аббата. Передайте ему, чтобы он нисколько не опасался, и что королева Английская с сыном зовут его к себе». После этих речей монахи стали искать аббата столь ревностно, что в конце концов нашли и доложили ему обо всем. Когда аббат их выслушал, то крайне обрадовался. Немедленно выйдя из кельи, он предстал перед королевой и ее сыном и принес смиренные извинения за то, что он и его монахи так попрятались и затаились. Они, мол, всерьез вообразили, что их сейчас будут брать в плен и убивать шотландцы, датчане или какие-нибудь иные грабители, ибо один такой случай уже был! Учитывая эту вескую причину, королева полностью извинила монастырскую братию.

Затем весь отряд был довольно удобно размещен в монастырской обители в соответствии с ее распорядком. Сеньоры получили отдельные кельи и нашли изрядное количество овса и сена для своих коней, которые сослужили им великую службу и теперь крайне нуждались в сытном корме и отдыхе. Ведь они сначала намучались в море, а потом три ночи подряд спали средь пустошей. Поэтому они с большим удовольствием восприняли эту остановку и передышку. Столь же довольны были королева, сеньоры и все их люди. Проведя в аббатстве Святого Эдмунда целых три дня, они успели основательно отдохнуть. Когда аббат отдал в их распоряжение слуг-посыльных, то, прежде всего, они оповестили о своем прибытии в Англию графа Генриха Ланкастера, по прозвищу Кривая Шея[954]. Он был братом графа Томаса Ланкастера, которого, как вы знаете, обезглавили по велению короля. Во вторую очередь были извещены жители Лондона во главе с их мэром, а также граф Уорик[955], барон Стаффорд[956], сеньор де Бриан[957], сеньор де Моэн[958], сеньор Перси[959] и все те бароны, которые прежде ручались королеве в своей поддержке.

Граф Генрих Ланкастер, по прозвищу Кривая Шея, самым первым пришел к королеве на помощь с внушительным отрядом латников. При встрече он воздал великий почет мессиру Жану д’Эно и эннюерцам за ту превосходную и важную услугу, которую они оказали королеве, ее сыну и всей стране. Затем из Нортумберленда явились сир Перси, сир Невиль[960], сир Моубрей[961] и сир де Ласи[962]. Следом за ними подоспел и сир Стаффорд. Простые же рыцари и оруженосцы постоянно стекались в аббатство со всех концов.

Лишь только по стране разнеслась весть о том, что королева и ее сын высадились в Англии с отборным отрядом латников, лондонцы, несказанно обрадованные, сразу снарядились, дабы идти к королеве навстречу[963]. И выступили они из Лондона доброй ратью в две тысячи человек, и мэр сам их вел и возглавлял.