По прошествии недолгого времени король Франции послал в Англию своих самых близких советников — епископа Шартрского[1100], епископа Бовезского[1101], а также мессира Людовика де Клермона, герцога Бурбонского[1102], графа д’Аркура[1103], графа де Танкарвиля[1104] и других рыцарей и клириков-правоведов, дабы они присутствовали на заседаниях совета английского короля, проводившихся в Лондоне, в Вестминстерском дворце, по уже известному вам поводу. Ведь, согласно обещанию короля Эдуарда, по его возвращении в Англию там должны были изучить, как издревле его предшественники этот оммаж приносили, и с чего они прозвались герцогами Гиеньскими.
Уже тогда в Англии многие люди ворчали, что король, их государь, имеет больше прав на французское наследство, нежели король Филипп. Однако английский король и его советники пока оставляли все эти пересуды без внимания и устраивали большие совещания и собрания лишь по поводу упомянутого оммажа. Вышеназванные бароны и прелаты, присланные королем Франции, провели там всю зиму. Уже на исходе был месяц март, а они до сих пор не смогли получить никакого ответа. Наконец, пусть и с большой задержкой, король Англии, на основании прежних договоров, к коим он испытывал большое доверие, решил на совете издать удостоверяющие грамоты, скрепленные его большой печатью. В них он признавал оммаж в том виде, в каком должен был принести его французскому королю. Содержание этих грамот приведено здесь ниже.
