Затем граф Гельдернский и маркграф Юлихский были избраны и уполномочены представлять имперских сеньоров, а епископ Линкольнский, мессир Рейнольд Кобхем и мессир Ричард Стаффорд — короля Англии. Этим избранникам было поручено донимать императора просьбами и уговорами до тех пор, пока он не назначит короля Эдуарда Английского своим викарием, дабы тот мог потребовать службу от имперских сеньоров на основании клятвы верности и оммажа, принесенных ими императору. На этом переговоры завершились, и каждый вернулся в свои владения.
Король же вернулся к своим людям в Антверпен и стал дожидаться возвращения тех, кто был послан к императору. Эти сеньоры нашли императора в одном германском городе, называвшемся Флоренберг; каковой государь очень радушно их принял и воздал всем почет на пиру, как из любви к королю Англии, так и потому, что имперские сеньоры были его людьми. Послы управились со своим поручением столь хорошо, что мессир Людвиг Баварский, король Германии и Римский император, поставил и назначил короля Эдуарда Английского своим викарием над всей Империей и приказал всем подчиненным ему сеньорам, чтобы они повиновались королю Английскому как его заместителю. В подтверждение этого указа и назначения были составлены и изданы надежные грамоты, скрепленные печатями короля Германии и тех имперских выборщиков, которые там присутствовали[1204]. В добавление ко всему, этот указ обнародовали столь широко и подробно, сколь это было возможно.
Получив эти грамоты, господа-посланники вернулись к английскому королю, находившемуся тогда в Мехельне, и рассказали о том, чего достигли. Король Англии, мессир Робер д’Артуа, мессир Жан д’Эно и все советники были крайне обрадованы и сказали, что они славно управились.
И вот разнеслась повсюду весть о том, что король Германии поставил и назначил короля Англии своим викарием. Когда жители Камбре это услышали, то пришли в полную растерянность, поскольку их город подчинялся императору и считался имперским владением. Затем они послали своих людей к королю Франции, дабы поведать ему эту новость. В те дни епископ Камбрейский, коего звали Гильом д’Осон, находился в Париже. Будучи уроженцем Берри, он говорил на тамошнем наречии и был добрым французом. Поэтому он и его люди, приехавшие из К амбре, явились к королю и рассказали о делах, которые, как гласила молва, творились в Империи, а именно о том, что король Германии назначил своим викарием короля Англии. Дескать, они, камбрейцы, теперь опасаются, что король Англии, пользуясь своим назначением, подступит к Камбре и захватит его цитадель, дабы разместить там гарнизон и грозить рубежам королевства Французского. Тогда в присутствии короля у камбрейцев спросили, испытывают ли они охоту принять в своем городе короля Эдуарда как имперского викария. Они ответили, что отнюдь нет, и что если бы они хотели так поступить, то вовсе не приехали бы сюда. Но они предупредили обо всем короля, как верные и добрые французы, коими они являются и хотят остаться. А если случится, что их станут притеснять англичане и немцы, то пусть французы окажут им поддержку и помощь. Король им это пообещал и хорошо сдержал свое слово, как вы еще узнаете далее из этой истории.
В те дни король Англии находился в городе Мехельне. Когда к нему вернулись все имперские сеньоры, имевшие с ним союзные соглашения, то было объявлено о проведении совещания там же, в названном городе. Все на него явились. Якоб ван Артевельде тоже не преминул туда приехать, как для того, чтобы повидать короля Англии, коего он еще ни разу не видел по сю сторону моря, так и за тем, чтобы проверить умонастроение сеньоров и узнать, каким окажется итог совещания. Ведь по Фландрии и иным местам пробежал слух о том, что хотя герцог Жан Брабантский, как двоюродный брат короля Англии, должен оказывать ему помощь, он, тем не менее, увиливает от этого и до сих пор был слишком тяжел на подъем. Некоторые люди говорили, что все тайные решения, принятые на этих переговорах, становятся через герцога известны во Франции. Ведь у него в свите был один рыцарь, самый любимый и доверенный среди всех прочих, которого звали мессир Луи де Крайнхем. Будучи послан герцогом в Париж, он тихо держался подле короля и его придворных. Названный мессир Луи имел от герцога поручение опровергать перед королем все недобрые донесения, которые могли о нем прийти. Рыцарь выполнял поручение очень преданно, а герцог каждый день слал ему письма и весточки, сообщая обо всех тайных делах, творившихся в Брабанте.
