Воскресным утром стоял густой туман. Поэтому, с дозволения короля, англичане в большом количестве выступили из лагеря, некоторые верхом, некоторые пешком, и двинулись через поле, чтобы посмотреть, не собираются ли какие-нибудь французы в толпы и отряды для нового нападения. Тогда нашли они множество ополченцев из добрых городов, которые группами дремали в кустах, рвах и за изгородями. Переговариваясь, эти люди спрашивали друг друга, что случилось и стряслось, ибо еще не знали, чем закончилась битва и что стало с их королем и другими предводителями. Когда они увидели, что приближаются какие-то воины, то дождались их, приняв за своих. А эти англичане набросились на них, как волки на овец, и убили, сколько хотели, без какого-либо сопротивления.
Еще один отряд англичан пошел наудачу в другую сторону. Там повстречал он большую толпу людей, которые шли по полю, дабы узнать какие-нибудь новости о своих сеньорах. Одни искали своих хозяев, другие — близких, иные — товарищей. Англичане же убивали их всякий раз, когда находили и встречали.
Англичане вернулись в свои расположения примерно в час терций — как раз в тот момент, когда король и сеньоры слушали мессу. Затем они описали свое приключение и то, что совершили. Тогда король повелел монсеньору Рейнольду Кобхему, который был очень отважен и считался самым доблестным из английских рыцарей, чтобы он взял с собой некоторых рыцарей, сведущих в гербах, и всех герольдов. Ему надлежало обойти всех мертвых и составить списки рыцарей, коих удастся опознать. Он также должен был распорядиться, чтобы всех принцев и великих сеньоров положили особняком в одном месте, оставив на каждом надпись с именем, дабы потом их можно было опознать и похоронить в соответствии с их достоинством.
Названный монсеньор Рейнольд и его товарищи сделали, как было велено. В течение целого дня они исходили всё поле из конца в конец, осмотрели всех мертвых, а под вечер представили их списки королю, когда он ужинал. И стало известно из этих списков, что они нашли лежащими мертвыми в поле 11 предводителей высшей знати, считая одного прелата, 80 рыцарей-банеретов, примерно 12 сотен однощитных или двущитных рыцарей и добрых 15 тысяч других воинов — оруженосцев, турникелей[778], ополченцев из добрых городов, бидалей, генуэзцев и пехотинцев. А из англичан мертвыми были найдены только три рыцаря и примерно 20 лучников[779].
Теперь будет уместно назвать вам принцев и видных сеньоров, которые там полегли, ибо что касается остальных, то я не смог бы перечислить их до конца. Итак, начну с любезного и благородного короля Богемии, монсеньора Карла. Совершенно слепой, он, однако, пожелал быть первым в бою и весьма настоятельно приказал своим рыцарям любой ценой провести его столь далеко вперед, чтобы он мог нанести удар мечом по кому-нибудь из врагов. Исполнив его желание, все рыцари полегли рядом с ним. Так и нашли их лежащими вокруг доброго короля.
После него самым великим из павших сеньоров был мессир Карл, граф Алансонский, родной брат короля Франции; затем граф Людовик Блуаский, сын родной сестры короля Франции, затем граф Фландрский, затем герцог Лотарингский, затем граф Зальм-на-Зальме, затем граф Аркурский, затем граф Осеррский, затем граф Сансеррский, затем граф Омальский[780] и затем великий приор Франции[781]. Поэтому тогда говорили, что за минувшие двести лет еще не было видано или слыхано, чтобы столько принцев погибло в одной битве, будь то при Куртре[782], Беневенто[783] или где-нибудь еще.
Боже, храни их души! Ибо они погибли, отважно служа королю, своему сеньору, который очень горько их оплакивал и скорбел, когда узнал правду. Однако сведения о потерях пришли к нему только в понедельник, в час нон, после того, как он, пользуясь коротким перемирием, послал к противнику четырех рыцарей и четырех герольдов. В ту пору король Французский находился в Амьене. Он прибыл туда воскресным утром, еще на рассвете покинув Лабруа со своей ближайшей свитой. Большинство людей короля, прослышав, что он остановился в Амьене, собрались там же или в городской округе.
Весь воскресный день после битвы, а также и вечер король Англии оставался на том месте, где одержал победу. В понедельник, поутру, от короля Франции прибыли герольды и предложили заключить перемирие только лишь на три дня, чтобы те, кто придет за телами своих господ и друзей, могли их похоронить. Король на это согласился и велел отнести тело короля Богемского, своего родственника[784], и тела других принцев в аббатство под названием Мэнтене[785], расположенное неподалеку. Мессир Годфруа д’Аркур очень оплакивал тогда смерть своего брата, графа Аркурского, но исправить ничего не мог.
