Когда это постановление было единодушно вынесено избранными и уполномоченными прелатами и баронами, король позвал своего племянника, мессира Карла де Блуа, и сказал ему:
«Милый племянник, вам присудили наследство, превосходное и великое. Теперь срочно постарайтесь отвоевать его у того, кто завладел им несправедливо. Попросите всех ваших друзей, чтобы они соизволили помочь вам в этом деле. Я тоже не подведу — помогу вам людьми и средствами и скажу своему сыну, герцогу Нормандскому, чтобы он возглавил это предприятие вместе с вами. Поспешите же! Наш противник, король Англии, коему граф де Монфор принес оммаж, может явиться в Бретань или послать туда своих людей. Если граф разместит англичан в добрых городах и замках, входящих в бретонский домен, то нам нелегко будет выбить их оттуда, и нанесут они нам слишком большой ущерб. Ведь англичанам не подыскать более удобного пути во Францию, нежели через Бретань».
Опустившись перед королем на колени, мессир Карл де Блуа и его брат граф Блуаский смиренно поблагодарили его за эти слова. Затем они поднялись и пошли по кругу просить помощи у своих друзей: прежде всего, у своего дяди, графа Алансонского, а потом у своего двоюродного брата, герцога Нормандского, герцога Эда Бургундского, его сына, мессира Филиппа Бургундского, герцога Пьера Бурбонского, его брата, мессира Жака де Бурбона, графа де Понтьё, графа Э и Гина, коннетабля Франции, графа Вандомского, графа Даммартенского, сеньора де Шатийона и многих баронов из их линьяжа. Все любезно, по доброй воле согласились оказать услугу мессиру Карлу де Блуа и отправиться с ним в Бретань за свой собственный счет. Затем они как можно скорее подготовились и снарядились, постановив, что проведут военный сбор в Шартре и дождутся друг друга в городе Ле-Мане или Анжере.
Когда все эти господа, которые должны были идти с монсеньором Карлом де Блуа в земли Бретани, дабы помочь отвоевать его наследство, подготовились и собрали своих людей, то выступили в путь один за другим — некоторые из Парижа, а иные — из своих мест. Большинство собралось в городе Ле-Мане[899], где уже находился герцог Нормандский, возглавивший это военное предприятие. Затем все латники прибыли в Ансени, который стоит на границе при входе в Бретань, и задержались там на три дня, чтобы подождать тех, кто еще не подошел, и привести в порядок обоз и конвой. Когда они это сделали, то выступили походным строем, намереваясь войти в пределы Бретани. Проведя полевой смотр, они насчитали 5 тысяч латников, а также 3 тысячи генуэзцев, которых возглавляли два рыцаря из Генуи. Одного из них звали мессир Отон Дориа, а другого — мессир Карло Гримальди. Кроме того, там было большое количество бидалей и арбалетчиков под предводительством Галлуа де Ла-Бома, савойского рыцаря.
Когда все эти воины — латники, арбалетчики, бидали при копьях и павезах и прочие — выступили из Ансени в поле, то направились к очень мощному замку, под названием Шантосо. Он стоит у реки на горе и является ключом от входа в Бретань. В его гарнизоне насчитывалось много добрых латников, а капитанами и блюстителями были два очень храбрых рыцаря из Лотарингии. Их звали мессир Миль и мессир Валеран.
Поскольку герцог Нормандский, который был главой всего войска, и другие французские сеньоры видели, что замок очень сильно укреплен, на совете было решено начать осаду. Ведь если бы французы проследовали дальше, оставив Шантосо позади себя, его гарнизон смог бы нанести урон им самим и обозам с продовольствием. Поэтому они осадили замок столь плотно, сколь могли, и совершили на него много приступов. Особенно при этом отличились генуэзцы, которые известны как превосходные арбалетчики. Иногда они бросались на приступ слишком неосмотрительно и теряли своих соратников, ибо гарнизон замка оборонялся на совесть.
