Некоторые отчаянные воины сделали вылазку, чтобы захватить добычу, но получили отпор и были отброшены назад в крепость, понеся большие потери убитыми и пленными. Ибо, снимаясь с лагеря, все французские воины построились и сплотились в одну превосходную рать. Ни разу не нарушая своих порядков, они дождались друг друга и своего обоза с припасами, а затем прибыли в таком виде, с развернутыми знаменами, под Орэ.
Когда мессир Карл де Блуа и другие сеньоры увидели их, то удивились, почему они прекратили осаду. Мессир Людовик Испанский поведал им, что к графине прибыло большое подкрепление из Англии:
«Во главе него стоит капитан, рыцарь из Эно, очень храбрый человек, как он показал уже с самого начала. Ибо сразу по прибытии в Энбон, в тот же день, он и некоторые его люди выступили из крепости, а затем повалили и изрубили на куски наши осадные орудия, пока мы сидели за ужином. Я считаю это деяние великим подвигом. Зовут же оного рыцаря мессир Готье де Мони». — «Видит Бог, — ответил мессир Карл де Блуа, — это отважный человек! Я слышал о нем много рассказов. Таким образом, наша война разгорается с новой силой».
Оставив этот разговор, они повели речь о епископе Ги де Леоне, который покинул графиню де Монфор и прибыл к мессиру Карлу де Блуа, чтобы сдаться и служить ему. Крайне обрадованный приездом епископа, мессир Карл принял у него клятву верности, и в дальнейшем тот всегда держался возле его особы.
Тем же днем было постановлено, что мессир Людовик Испанский и все, кого он привел, пойдут осаждать город Динан и постараются его захватить. Они отдохнули в лагере под Орэ всего одну ночь, а на следующий день выступили в путь — все, за исключением епископа Ги де Леона, оставшегося с мессиром Карлом де Блуа. В этом войске насчитывалось 2500 латников и 300 генуэзских арбалетчиков. Когда названный мессир Людовик Испанский и его люди уже двигались в сторону Динана, они увидели на своем пути замок, который держал сторону графини и назывался Конке. Его блюстителем и кастеляном был один рыцарь из Ломбардии, коего звали мессир Мансион[909], и было с ним много наемников.
Подступив к названному замку, мессир Людовик и все его люди затеяли мощный штурм. Генуэзские арбалетчики сделали множество выстрелов, но воины гарнизона оборонялись весьма хорошо, и в первый день французы ничего не захватили. Они расположились под замком на ночь, а следующим днем снова пошли на штурм и отыскали путь и способ для того, чтобы повредить укрепления. Прямо там, где арбалетчики вели стрельбу и отвлекали на себя защитников замка, они стали ломать стену и, проделав большую брешь, ворвались внутрь, ибо людей у них было много. Когда воины гарнизона увидели себя в таком [безвыходном] положении, то пожелали сдаться с условием, что им сохранят жизнь. Однако никто не стал к ним прислушиваться. Все они были захвачены силой и перебиты без всякой пощады, за исключением рыцаря, которого оставили в живых и сделали пленником.
Завоевав таким образом Конке, они решили его удержать и отрядили для этого 60 воинов с новым кастеляном, добрым и надежным. Эти воины на свой страх и риск взялись охранять замок и восстановили укрепления, разрушенные во время штурма.
Затем отряд мессира Людовика Испанского проследовал дальше и осадил город Динан, капитаном которого был мессир Рено, сын кастеляна Генганского.
Тем временем в замок Энбон пришла весть о том, что мессир Людовик Испанский остановился под замком Конке. Тогда мессир Готье де Мони очень захотел туда отправиться и сказал мессиру Ивону де Тигри и другим:
«Нам нужно съездить к Конке и помочь его гарнизону. Если мы сумеем разбить мессира Людовика Испанского, то совершим славное дело!»
Эту речь поддержали все соратники. Они быстро собрались в путь, и те, кому было нужно, заново подковали своих коней. День миновал, а когда настало следующие утро, зазвучали рыцарские горны. Все воины вооружились, сели верхом и выехали из Энбона. В их отряде насчитывалось примерно 500 латников и 500 лучников, и направились они к замку Конке, не зная еще, что с ним случилось. Поэтому они весьма огорчились, когда обнаружили, что французы его захватили и оставили там свой гарнизон. Тем не менее они рассудили и сказали между собой, что замок вполне можно взять. Плотно его окружив, они разбили лагерь и послали в Энбон за своими продовольственными припасами. Погруженные на повозки, припасы были к ним доставлены.
