Мессир Франк де Халь и другие воины, находившиеся в Обероше, сделали вылазку и помогли завершить битву. Когда настала ночь, все собрались вместе, успокоились и сели ужинать. При этом англичане попотчевали пленных сеньоров и рыцарей их же собственной едой, в их расположениях.
Как раз в это время туда прибыл граф Пемброк, приведя добрых две сотни копий и три сотни лучников. По пути он встретил много беглецов, которые рассказали ему, как прошло дело; поэтому он очень спешил. Когда он предстал перед графом Дерби, тот сидел за столом вместе со многими пленными гасконскими сеньорами. Широко улыбаясь, граф сказал:
«Кузен Пемброк, добро пожаловать! Вы прибыли в самый раз, чтобы окропить святой водой мертвых».
Граф Пемброк хорошо понял, что граф Дерби над ним насмешничает. Поэтому он немного помялся, а затем извинился.
Так прошли день и ночь. А когда настало утро, английские сеньоры решили вопрос о пленниках — я вам скажу как. Некоторых они отпустили за умеренный выкуп, а других — под честное слово, назначив им день для возвращения в Бордо или Бержерак.
Так завершилось это дело, которое было в год милости Нашего Господа 1344, на следующий день после дня Святого Лаврентия, в августе[959].
Урон и потери, понесенные гасконцами под Оберошем, были столь велики, что они не могли оправиться и прийти в себя в течение очень долгого времени. Ведь на выкупы и освобождение пленников ушло добрых 300 тысяч флоринов, не считая других потерь и убытков, стоивших больших средств.
Мессир Франк де Халь и его товарищи по-прежнему остались в Обероше за капитанов. Когда все необходимые указания были отданы и каждый знал, что ему надлежит делать, англичане выступили назад, в сторону города Бордо. По пути они обменяли графа Перигорского, его дядю мессира Роже и некоторых рыцарей из их земли на графа Оксфорда и четырех английских рыцарей, которые были пленниками названного графа [Перигорского]. В дополнение к этому перигорских сеньоров обязали выплатить и прислать в Бордо ко дню Рождества 10 тысяч экю. С их стороны не было и речи, что они не согласны.
И вот вернулись английские сеньоры с великой радостью и немалой выгодой в город Бордо. Все местные жители оказали им самый радушный прием. Затем воины разъехались по своим гарнизонам, как было приказано. На совете сеньоры решили, что спокойно перезимуют в этом краю. Они полагали, что на сей раз сделали достаточно и им еще надо дождаться выкупов за своих пленников; а сразу после Пасхи они снова выступят в поход и поведут славную войну.
Вам следует знать, что во Франции было много пересудов о битве, состоявшейся под Оберошем. При этом французы проявляли к гасконцам слишком мало сочувствия. Некоторые говорили друг другу:
«О Господи! Да пусть! Эти гасконцы — наполовину англичане. Они не желают иметь иного сеньора, кроме короля Англии».
Гасконские сеньоры, плененные под Оберошем, прибыли во Францию, чтобы объяснить, что дела в Гаскони идут плохо и могут пойти еще хуже, так как англичане будут господствовать в поле, если никто не выступит против них. Кроме того, они надеялись получить какое-нибудь вспоможение, чтобы выплатить за себя выкупы. Однако к ним никто не желал прислушиваться, и они не могли добиться аудиенции. Их заставляли сидеть и ждать у дворцовой приемной или в ином месте до тех пор, пока они совсем не истомятся и не умаются. И еще, в добавление ко всем убыткам, которые они понесли, им приходилось занимать деньги, оставляя по всему Парижу вещевые залоги или своих поручителей. Они не могли повидать короля, чтобы переговорить с ним, и не знали, к кому обратиться с прошением. А если они всё же подавали кому-нибудь письменные ходатайства и потом пытались получить ответ, им говорили: «Приходите завтра или позднее». Но это «завтра» никогда не наступало — каждый день всё повторялось снова.
Всё это возбуждало в гасконских баронах и рыцарях очень большое недовольство. Проклиная гордыню Франции и безделье, в коем пребывал король со своими советниками, они покидали Париж рассерженные и обремененные долгами еще сильней, чем до того, как приехали туда в надежде облегчить свое положение.
