«Монсеньор, я не знаю, что вам еще посоветовать. Лучше всего вам будет отступить и держаться вдали от битвы. Из-за отсутствия порядка и плохого подчинения приказам с вашими людьми случилось именно то, о чем говорил и предупреждал сегодня утром храбрый рыцарь Ле-Монн де Базель. Проиграв на этот раз, вы отыграетесь в другой: так чередуются в этом мире военные удачи и поражения. Кроме того, вам грозит очень большая опасность. Сейчас уже будет поздно, и опустится ночной мрак. Поэтому вы, король Франции, легко можете сбиться с верного пути и попасть к вашим врагам вместо ваших друзей. Всё равно вы, в одиночку, никак не можете исправить дело».
Король Франции весь трясся от гнева и досады. Ничего не ответив, он проехал еще немного вперед. Ему казалось, что он должен направиться к своему брату, графу Алансонскому, чье знамя виднелось на одном пригорке. Граф Алансонский там уже спешился и, собрав своих людей, очень хорошо их построил. Затем, нисколько не пятясь, он пошел сражаться с англичанами, и граф Фландрский поступил точно так же.
Вам следует знать, что эти великие сеньоры и множество храбрых людей отважно исполнили свой долг и выказали совершенную доблесть во всем ее блеске. На следующий день их нашли мертвыми: они лежали не как убитые в бегстве, но с мечом в руке, лицом к врагу.
В субботу поутру король Франции пожаловал мессиру Жану д’Эно вороного скакуна, на редкость красивого и рослого. На этом скакуне один рыцарь из Эно, по имени Тьерри де Сансель, возил знамя названного мессира Жана д’Эно. И случилось, что конь вместе со своим всадником прорвался через все английские порядки, и при этом знамя ни разу не вылетело из гнезда[1058], в которое было вставлено. Когда рыцарь оказался вне битвы, средь поля, у него не возникло никакого желания вернуться назад, ибо всё равно он был бессилен что-либо сделать и притом не знал, что случилось с его господином. Поэтому он избрал дорогу, которая вела к Дуллану[1059] и Аррасу. Уже в воскресенье рыцарь был в Камбре и доставил туда знамя.
Мессир Жан д’Эно и мессир Шарль де Монморанси, находясь в ближайшей свите короля Франции, имели задание его оберегать и помогать ему советом.
Поэтому они почти силой заставили его покинуть опасное место. Там находился один рыцарь из Эно, которого звали сир Анри д’Уффализ, сеньор дю Пти-Варньи. Очень отважный, испытанный воин, он был зачислен в отряд и свиту сеньора де Монморанси. Однако, когда он увидел, что его сеньор поворачивает назад, то не почувствовал никакого желания отступить вместе с ним. I-Ударив коня шпорами, он ринулся в битву и сражался, сколько мог, но там и остался.-II[1060] Боже, храни его душу и всех других! В ту субботу там погибло великое множество людей.
Эта битва, состоявшаяся в субботу, между Лабруа и Креси, была очень лютой и ужасной. И было там совершено множество великих подвигов, из которых далеко не все получили известность, ибо, когда началась битва, было уже очень темно. Это ухудшило положение французов больше, чем что-либо другое, ибо многие латники, рыцари и оруженосцы потеряли в ночной темноте своих сеньоров и хозяев. Блуждая по полю, они не знали, куда идти, и часто, на свою беду, попадали в расположения англичан[1061].
