Они были моей противоположностью. Едва зацепив их взглядом, я физически почувствовал исходящую от них суету и спешку. Казалось, мысли из их голов сыпались прямо на асфальт, как мусор, и создавали ореол беспокойства и суетливости. Появление этих двоих было словно камень, брошенный на гладкую водную поверхность озера моего сознания. И от него неизбежно появились круги.
— Ну Лёш, ну зачем мы туда идём! — нудила девушка, полная низенькая брюнетка. — У нас были планы, ты столик забронировал.
— Серега в ментовку попал, — нетерпеливо бросил белобрысый качок. — Моя помощь ему важнее, чем нам с тобой сейчас пожрать.
— Да он всё время куда-то попадает, твой Серёга, — продолжала брюнетка, почти срываясь на бег, чтобы успеть за спутником. Цоканье её тонких каблучков разносилось по парку беспокойной трелью. — Один раз к нему в КПЗ ты уже ездил. Сколько ты тогда отдал? Он потом деньги месяц возвращал. И сейчас снова залог вносить? У нас самих кредиты и ипотека. Ведь он сам виноват, что на митинги эти ходит.
— Это его дело, ходить или нет, — огрызнулся парень. — А моё дело — другу помочь. И мне насрать, в какую жопу он попадёт, я вытащу. Так же, как и он меня. Это дружба называется, понимаешь? Настоящая дружба. И она не из посиделок в кафе состоит, как у вас с девчонками.
— Вот давай снова про женскую дружбу! — обиделась девушка, отпустила руку и толкнула парня в плечо. — Что мы все сплетницы, одни вы, мужики, прямо настоящие друзья до гроба!
— Я не так сказал, — примирительно заметил качок. — Я про то, что дружба не только из хорошего состоит. Иногда приходится ради друзей и в неприятности влезть.
— Вот вы, мужики, и ищете себе неприятности! — завозмущалась девушка.
Дальше я не слушал. Голоса удалились, цоканье каблуков стихло, а я всё стоял на дорожке и отлавливал снова появившиеся в голове мысли.
Решение, на что потратить сегодняшний сон, пришло само собой. Коляну нужна помощь, и я обязательно узнаю, что скрывает этот рыжий некромант. Я развернулся и поспешил в квартиру. Для задуманного нужно было набраться сил и лечь пораньше.
Всюду, насколько хватало глаз, простиралось поле. Лишь на горизонте тёмно-зеленой полосой виднелся лес. Я стоял в высокой траве у единственного дерева на всём этом бескрайнем пространстве и разглядывал красные ягоды, свисавшие с веток. Дерево было кряжистым и старым, с голыми узловатыми ветками. Удивительно, что на нём ещё были плоды. Интересно попробовать. Ягоды висели слишком высоко, и я взлетел, чтобы дотянуться. Ощущение лёгкости наполнило тело, оказалось, что висеть в воздухе очень легко. Висеть в воздухе, как во сне…
Стоп!
Это сон!
Мир вмиг потерял чёткость и стал отдаляться, будто до этого я смотрел на картину.
— Куда?! А ну на место! — скомандовал я и, чтобы удержаться, схватился за красную ягоду, висящую на дереве.
Ягода, конечно, оторвалась и осталась в ладони, зато в поле зрения попала рука. Я поднял вторую, похлопал ими друг о друга и зачем-то сунул ягоду в рот.
Она оказалась удивительно сладкой и вкусной. Я приземлился на траву и отметил, что мир стабилизировался. Так-то лучше. Интересно, неужели это из-за ягоды? Надо будет у ребят спросить потом или ещё так что-нибудь во сне заточить. Я сунул в рот ещё несколько штук, торопливо прожевал. Мир, казалось, стал ещё чётче.
Так, хватит жрать, Андрюха! Пора вспомнить о задаче.
Я еще раз посмотрел на руки — мандал нет. Значит я во внутреннем сновидении, а нужно во внешнее.
В прошлый раз получилось войти к Борису просто из комнаты, открыв дверь. Здесь никаких дверей не было. Значит, надо создать.
— Дверь! — приказал я, но ничего не появилось. Вот жеж зараза! Я повторил команду ещё пару раз, что-то серое замаячило передо мной в воздухе, концентрируясь, но быстро рассеялось. Зато мир стал расплываться. Вот блин!
Я посмотрел на ладони, а потом, не отдавая себе отчёта в том, что делаю, вытянул перед собой руку и указательным пальцем стал чертить прямоугольник.
Тонкие светящиеся линии прорезали пространство, а потом я схватился пальцами за уголок и как страницу глянцевого журнала перелистнул срезанный пальцем слой. Передо мной открылся прямоугольник с другой картинкой: комната, тускло освещённая свечами, высокие, до потолка, шкафы заполненные книгами, тяжёлые шторы. Там за массивным деревянным столом сидел Рыжий.
Отлично. Чёрт его знает, как оно получилось, но отлично!
— Комната, автономный режим! — я на всякий случай отдал команду и шагнул в новую локацию.
Рыжий тут же оторвал взгляд от рукописи, которую читал, и уставился на меня. Взгляд мутный, как у спрайта. Хорошо. У осознанных дримеров, говорят, глаза светятся. Теперь надо осторожно начать разговор, пусть он выболтает мне всё сам.
— Привет, что делаешь? — я присел в кресло неподалёку от стола.
