– Я слежу за Вороном, Шед. И докладываю, чем тот занимается.
Шед фыркнул. Карр поручил эту задачу Асе, потому что коротышкой можно без сожаления пожертвовать. Двое из шайки уже пропали. Шед догадывался, куда они подевались.
Внезапно подступил леденящий страх. Только представить, что Аса все рассказал о ночных приключениях Ворона… А если он и Шеда там видел?
Невозможно. Аса не удержал бы язык за зубами. Всю жизнь только и делает, что ищет поживы.
– Аса, в последнее время ты тратишь много денег. Откуда берешь?
Коротышка побледнел. Он огляделся, откашливаясь и сморкаясь.
– Дрова, Шед. Продаю дрова.
– Врешь, Аса. Так откуда?
– Раньше ты таких вопросов не задавал.
– То раньше. А теперь мне до зарезу нужны деньги. Я должен Карру. Уже почти развязался с ним, а он принялся выкупать у других мои мелкие долги. Чертов Гилберт!.. Нужно много и сразу, чтобы потом снова не занимать.
Черный замок. Двести двадцать серебряных монет. Как же хочется наброситься на Ворона! А тот лишь улыбается, будто читая мысли тавернщика.
– Где деньги взял, Аса?
– А где ты взял деньги, чтобы заплатить Карру? А? Люди удивляются. Ты не мог столько заработать за такой короткий срок, Шед. Для тебя это совершенно непосильная задача. Ответь на мой вопрос, а я отвечу на твой.
Шед надолго умолк. Аса торжествующе смотрел на него.
– Ты, змееныш! Убирайся, пока не пристукнул!
Аса выскочил за дверь. Перед тем как закрыть ее, оглянулся. Физиономия сморщилась в озадаченной мине.
Проклятье, подумал Шед. Аса начал что-то подозревать. Тавернщик машинально взялся протирать тряпкой липкую кружку.
– В чем дело? – раздался позади голос.
Шед резко обернулся и увидел у стойки Ворона. Судя по выражению лица, тот не был расположен шутить. Тавернщик вкратце пересказал разговор с Асой.
– Стало быть, Карр никак не успокоится.
– Ты не знаешь его, иначе не задавал бы подобных вопросов. Здесь так, Ворон: или ты, или он.
– А по-твоему, должен быть он, да?
Тавернщик сглотнул.
– Хочу тебе кое-что предложить, Шед. Последи за своим дружком, когда он пойдет за дровами.
Ворон вернулся за привычный столик. Сев спиной к Шеду, чтобы тот не видел его рук, завел разговор жестами с Душечкой. По тому, как девушка держала плечи, Шед понял, что предложение Ворона ей не нравится.
Через десять минут он вышел из «Лилии». Каждый вечер на несколько часов Ворон куда-то уходил. Шед подозревал, что он разбирается с соглядатаями Карра.
Опершись о дверной косяк, Душечка смотрела на улицу. Шед наблюдал за ней, взглядом скользил вверх-вниз по фигуре. «Бабенка Ворона, – подумал тавернщик. – Держатся друг за дружку. Нет, не рискну».
Но до чего же хороша – ладная, высокая, длинноногая. В соку…
Дурак! Попасться еще и в эту ловушку… Нет уж, проблем и без того хватает.
– Думаю, сегодня самое время, – сказал Ворон, когда Шед подал ему завтрак.
– А? Для чего?
– Для прогулки наверх. Понаблюдаем за нашим приятелем Асой.
– О нет! Я не могу. Здесь некого оставить.
Душечка нагнулась, что-то подняла с пола. Глаза Шеда широко раскрылись, сердце екнуло. Надо что-то делать. Сходить к девкам, что ли? Не нарываться же…
Но денег на проституток тоже не было.
– Душечка одна не справится.
– Раньше тебя подменял твой кузен Дурень.
Выведенный из душевного равновесия, Шед с трудом придумывал оправдания. Да и Душечка сильно отвлекала его. Ей бы носить что-нибудь, что меньше обтягивает попку.
– Ммм… Он не может работать с Душечкой. Не понимает жестов.
Ворон слегка нахмурился:
– Дай ей выходной. Позови девчонку, которая присматривала за твоей халупой, когда Душечка болела.
Лиза, подумал Шед. Еще один лакомый кусочек.
– Эту шельму я зову, только когда сам могу за ней присмотреть. Нельзя ей доверять, мигом обчистит…
– Шед!
– Чего?
– Приведи сюда Дурня и Лизу. А потом отправляйся следить за Асой. Я позабочусь, чтобы не вынесли фамильное серебро.
– Но…
Ворон хлопнул ладонью по столу:
– Пошевеливайся!
Светлый, прозрачный день был не по-зимнему теплым. Возле логова Карра Шед взял след Асы.
Коротышка нанял фургон. Тавернщик поразился: зимой хозяева конюшен требуют огромный залог. У забитой и сожранной гужевой скотины нет родословной. То, что Асе доверили повозку, кажется чудом.
Аса двинул прямиком к Выгородке. Низко опустив голову, Шед крадучись последовал за ним. На улице хватало народу, и тавернщик был уверен, что коротышка не узнает его, даже если обернется.
Повозку Аса оставил в ничейном леске, возле дорожки, которая тянулась вдоль стены, опоясывавшей Выгородку. Лесок этот был одним из множества мест, где жители Можжевельника вершили весенние и осенние обряды упокоения умерших. С дорожки телега была не видна.
Присев на корточки в тени куста, Шед следил, как Аса пробирается к стене. Должен же кто-то расчищать эти заросли, подумал тавернщик. Они придают стене такой неопрятный вид. Да и саму ее надо ремонтировать.
Подобравшись ближе, он заметил пролом, через который можно было пробраться на четвереньках. Когда Шед выполз на другую сторону, Аса уже пересекал открытую поляну; дальше начинался сосновый лес. Коротышка торопливо карабкался по склону.
