Каждый из них – знаток определенной сферы: политики, религии и армии. Дела захвата и удержания власти друг друга дополняют. В самой известной работе Макиавелли, «Государь», философ приводит советы для Лоренцо II Медичи, итальянского герцога XVI века. Он подсказывает герцогу, как достичь того же, к чему стремятся лоялисты. В главе XVIII Макиавелли объясняет, что государю «с врагом можно бороться двумя способами: во‑первых, законами, во‑вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй – зверю; но так как первого часто недостаточно, то приходится прибегать и ко второму. Отсюда следует, что государь должен усвоить то, что заключено в природе и человека, и зверя». Также он подчеркивает важность добродетели: государю надо быть в глазах людей «искренним и благочестивым». Характеры Хевлока, Пендлтона и Мартина – это воплощения каждой из граней этой идеи: зверь, борющийся силой; политик, опирающийся на законы; и человек веры, чей моральный и религиозный авторитет оправдывает действия власть имущих, даже самые жестокие[105].
Макиавелли зачастую ошибочно приписывают фразу «цель оправдывает средства». Однако и он не считал моральные ценности вроде порядочности и благочестия непреодолимыми границами власти. Государь даже обязан нарушать их, «так как ради сохранения государства он часто бывает вынужден идти против своего слова, против милосердия, доброты и благочестия». Ради власти Пендлтон пожертвовал братьями; Мартин выстроил стратегию лоялистов и вступил в союз с тем, кого избрал Чужой. Предательство, шантаж, братоубийство… Все это произошло всего за несколько дней, и виной тому – заговор. Но, как говорил Макиавелли, «жестокость применена хорошо в тех случаях […], когда ее проявляют сразу и по соображениям безопасности, не упорствуют в ней и по возможности обращают на благо подданных; и плохо применена в тех случаях, когда поначалу расправы совершаются редко, но со временем учащаются, а не становятся реже». Лоялисты не закрывают глаза на собственные преступления. Их не мучает совесть. Для них все это – лишь один из этапов грандиозного замысла, необходимое зло, благодаря которому империя вновь заживет спокойно под властью Эмили Колдуин, избавившись от давления лорда-регента. Но в реальности первые дни после краха Берроуза будут совсем другими…
Один против всех
Опытный игрок уже предчувствует трагическую развязку заговора. Угрызения совести, терзающие Мартина, становятся все очевиднее, как и безудержный алкоголизм Пендлтона. Внутренние демоны Хевлока тоже выходят из тени; первые признаки этого можно найти в его комнате. Записи в дневнике и аудиограммы отражают растущее беспокойство адмирала: риск, которому подвергают себя лоялисты, страх перед последствиями краха Берроуза, неспособность полностью контролировать Корво и Эмили… Маленьких побед Хевлоку недостаточно: пока в его руках не будет абсолютной власти, он вынужден рисковать и сражаться вновь.
Корво – первый союзник, ставший жертвой его паранойи. Он стал не только оружием в руках лоялистов, но и дополнительной проблемой в планах адмирала из-за привязанности к Эмили. Корво не просто ее защитник, он ее отец. Как Чезаре Борджиа (Макиавелли брал его за образец «Государя»), который травил врагов через перстень с секретом, пожимая им руки, адмирал напоил лорда-протектора тивийским ядом под предлогом тоста за успешное сотрудничество. Затем он избавился от подручных, выдав «Песью яму» городской страже. Большинству слуг спастись не удалось. В живых остались лишь двое: Сесилия – настолько неумелая служанка, что лоялисты о ней просто забыли, – и Самуэль[106]. Лодочник был готов к переменам Хевлока, что неудивительно: когда-то он служил во флоте под началом адмирала и знал его дольше, чем другие лоялисты. Ему знакомы и жестокость, и тревоги бывшего начальника.
Пендлтон и Мартин оказались не настолько проницательными. При любом уровне хаоса им обоим суждена смерть на Кингспарроу. Возможно, Хевлок увидел, как сильно их терзает совесть, а может, ему было просто плевать – в любом случае он решил от них избавиться. Статья психиатра Франсуаза Давье «Паранойя и власть» создавалась на основе работ философа Ханны Арендт, посвященных тоталитарным режимам XX века. Арендт подчеркивает связь между тоталитарной властью и постоянным страхом; наиболее известный пример – «большой террор» сталинских репрессий. Давье называет это явление лихорадкой, «изначально присущей тоталитаризму; чтобы поддерживать обстановку вечной борьбы с болезнью, нужно постоянно придумывать врагов, паразитов». От такой лихорадки страдает и Хевлок: она заставляет его искать себе новых врагов. В итоге его последним противником стала Эмили Колдуин на вершине маяка Кингспарроу. Он посчитал, что девочка неспособна привести империю к величию; это может сделать только он сам. Адмирал уже планирует будущие войны, не дожидаясь той поры, когда у руля останется он один.
