Став ведьмами, Далила с последовательницами с гордостью переняли архетип, который на протяжении веков использовался для демонизации женщин. Историк Робер Мюшембле утверждает, что охота на ведьм частично была реакцией на возросшие «возможности восхождения женщин по социальной лестнице». Вымышленные персонажи не впервые берут на себя такую роль. Аделин Гаргам и Бертран Лансон в «Истории женоненавистничества» отмечают: «Мифы позволяют нам увидеть своего рода пандемониум в женском обличии, сулящий гибель и миру, и людям. Поскольку, как считает Жорж Дюмезиль, мифы – не столько выдумка, сколько инсценировка событий прошлого, следует признать, что сформированная таким образом коллективная культура приписывает женскому началу ужасающие пороки. Владеющие магией, жестокие, зачаровывающие или властные – негативные образы женщин еще во время зарождения средиземноморских культур сформировали хищническое восприятие женского начала, заложив основы сильного и стойкого женоненавистничества».
Далила поочередно подрывает представления о самых знаковых фигурах пандемониума: превращая Корво в камень, она становится Медузой горгоной, жертвой чужого преступления. Она – сирена, способная обольщать мужчин вроде Тимша и Абеле и наводить на них ужас. Она – Лилит, первая жена Адама и мать демонов, первая и забытая дочь Эйхорна и глава Бригморских ведьм. Весь ее ковен – эринии, крылатые чудовища, преследующие убийц. Они выслеживают Дауда из-за смерти Джессамины, как в мифе об Оресте, которого преследовали богини за убийство матери. Наконец, ее саму зовут Далилой, это имя соблазнительницы, которая отрезала Самсону волосы и лишила его сверхчеловеческих сил. Далила из
Ковен, основанный Далилой, во многом напоминает собрания последователей некоторых неорелигий, например викканства. Почитание природы, ценящееся у виккан, идея возвращения к ней пронизывают атмосферу Бригмора: зачарованная колючая лоза (кровошип), теплица на территории усадьбы, зелень, заполонившая Дануолл, даже розы на одежде Далилы и природные пигменты красок, которыми она пишет картины[110]. Далила создала невидимую связь между собой и каждой из последовательниц. Через эту связь ведьма делится с ними силой, как Дауд – с «Китобоями». У этой связи с основательницей шабаша есть еще одна сторона – влечение, любовь. Согласно «Психологии масс и анализу Я» Зигмунда Фрейда, любовь к вождю составляет основу сплоченности группы. Это чувство связывает не только каждого ее члена с лидером, но и самих участников группы. Ведьмы называют друг друга сестрами, а Далилу – госпожой, и каждая из них стремится стать ее любимицей. Далила и сама поддерживает эту эмоциональную связь, о чем свидетельствуют ее письма, адресованные лично каждой ведьме; в них Далила подпитывает любовь последовательниц к ней и обещает свою благосклонность. Их отношения неравноправны: хотя ведьмы получают силу именно от Далилы, ни одна из них не может ответить тем же. Даже Брианна, чью близкую дружбу с госпожой подтвердил Харви Смит, может ощущать разум Далилы лишь проблесками. Она понимает, что играет роль «инструмента», но благодарна и за это.
На самом деле Далила живет только ради себя. Когда дизайнера одежды Майю Хансен спросили, кто из женских персонажей
В романе «Возвращение Дауда» ведьма и сама намекает на театральное искусство, практически цитируя Гамлета: «Есть многое в бесконечной черной Бездне, друг Джиндош, что и не снилось вашей натурфилософии». Она вторит словам датского принца, которыми тот прокомментировал удивление Горацио появлением призрака короля. После ритуала в Бездне восприятие Далилы обострилось настолько, что перестало поддаваться научным объяснениям. В дневнике она упоминала, что теперь способна, например, понимать язык волн. Писатель Ромен Роллан дал такому ощущению единства с окружающим миром очень точное название – «океаническое чувство». Увы, эта тесная связь не принесла Далиле облегчения: по словам Сердца, мир всегда кажется ей пустым и холодным. Попытки найти спасение в искусстве напоминают муки художников и писателей романтизма. Упоминая об «Исповеди сына века» в письме к Жорж Санд, Альфред де Мюссе пишет: «Я собираюсь написать роман. У меня большое желание описать нашу встречу, мне кажется, это поможет мне исцелиться и возвысит мое сердце». Далила – романтическая героиня, которую угнетают суровость эпохи и ложь отца. Вот только вместо того, чтобы «написать роман», она пишет картину – «Мир, каким он должен быть».
