С эльфами у нас все обстоит непросто. Те, которые по сей день живут в Уандуке и называют себя кейифайями, – великий, почти всемогущий, практически бессмертный народ, это вам всякий скажет. Их магия у нас в Хонхоне почти не изучена, но те крохи знаний, которые нам все-таки достались, дают приблизительное представление о возможностях владеющих ею существ. Собственно, в глубокой древности кейифайи завоевали ту часть Хонхоны, на которой теперь находится Соединенное Королевство. Ну как завоевали – пришли из-за моря, да и поселились, к неописуемому восторгу местного населения, добродушных и жадных до новых впечатлений крэйев. Воевать этим захватчикам, насколько я помню из курса истории, пришлось исключительно между собой. Дело кончилось тем, что править отвоеванной у собственных соратников территорией стал Ульвиар Безликий, с которого, строго говоря, и начинается наша официальная история. Кейифайи смешали свою кровь с любвеобильными крэйями, а с тех пор, как к этому веселью присоединились люди из Чирухты, в нашей генеалогии сам Лойсо Пондохва ногу сломает – надеюсь, он у вас сейчас не гостит и не выйдет из соседней комнаты, чтобы призвать меня к ответу за употребление этой поговорки, по сей день популярной среди столичных жителей?
Словом, с одной стороны, эльфы, они же кейифайи, – это могущественные коренные жители Уандука и по совместительству предки чуть ли не четверти населения Соединенного Королевства. А с другой стороны, у нас есть, вернее, были чистокровные эльфы из Шимурэдского леса, древние, как сама история. Строго говоря, они гораздо старше истории – по крайней мере, истории Угуланда, которая начинается с того, что сразу после высадки на гостеприимные берега Хурона уандукский принц Токлиан вусмерть рассорился со своим побратимом Ульвиаром Безликим, но войну не объявил – все-таки их связывали узы покрепче кровных. По неведомой ни мне, ни нашим историкам причинам Токлиан не захотел возвращаться домой в Уандук. Вместо этого увел своих людей в Шимурэдский лес, где они устроились в полном соответствии со своими привычками и потребностями, то есть заколдовали лес и его ближайшие окрестности до полного изумления и жили там несколько безмятежных тысячелетий, никому не досаждая, пока не попробовали вино, которое существам этой расы лучше даже не нюхать. Шимурэдские эльфы спились практически в один день. Подозреваю, сами рады были бы завязать, но не могли, для них это процесс необратимый. Бессмертные пропойцы ютились в своем заколдованном лесу Магистры знают сколько веков, пока их не прикончил какой-то неведомый противник пьянства, всех в одну ночь. С тех пор еще и дюжины лет не прошло, так что во времена моей юности шимурэдские эльфы были живы и благополучны – насколько вообще можно быть благополучным после тысячелетнего запоя. И время от времени они чудили – не то чтобы со зла, скорее, просто спьяну.
Впрочем, появление кельдей объясняется не столько придурью, сколько насущной нуждой их создателей. Эльф ты или оборотень, да хоть равнинный гном, а чтобы покупать выпивку, нужны деньги. Пропив свои несметные сокровища, шимурэдские жители были просто вынуждены создать колдовские деньги – эти самые грешные кельди, чтоб им всю жизнь по дырявым карманам скитаться.
Кельди – чистой воды наваждение. Но очень хорошее. Они выглядят совершенно как настоящие деньги, только время от времени изменяют облик и номинал: вот у тебя в руках корона Соединенного Королевства, а через час это уже куманская унция, а завтра поутру – медная горсть или чангайский зот, и это безобразие будет продолжаться, пока ты не бросишь монету в Темный огонь. Его Величество Гуриг Седьмой, отец нынешнего Короля, справедливо рассудил, что наличие в обороте эльфийских денег внесет хаос в экономику Соединенного Королевства, и приказал регулярно изымать их у обманутого шимурэдскими пропойцами населения, обменивая по курсу один к одному на монеты того же номинала, который будут иметь кельди в момент изъятия. То есть это своего рода лотерея: можно получить больше, чем у тебя изначально было, а можно гораздо меньше. Население не особо возражает – риск потерпеть убыток довольно велик, но у нас любят азартные игры.
Проблема состоит в том, что прежде, чем сжечь кельди (восемнадцатая ступень Черной магии плюс двадцать третья Белой, пустяки, этому я быстро выучился), их надо найти. Это не то чтобы очень сложно, но муторно – слов нет.
…В первый раз было хуже всего. Во-первых, с непривычки. А во-вторых, после грандиозной удачи с шимарским принцем я очень хотел быть молодцом – больше, чем спать, есть и бегать за девушками. Больше даже, чем остаться живым и в своем уме.
