Ритуал посвящения я прошел, однако отлично понимал, что выше своей головы не прыгну, и места впереди в социуме шаманов не добьюсь. Для этого нужны сила, знания и внутренняя склонность, талант, сущность шамана, если хотите. У моего отца ее было вдосталь. У меня – совсем чуть-чуть. Поговаривали, что все дело в моей матери, которая не принадлежала к шаманской ветви. Насколько мне известно, она служила – и, возможно, по сей день служит – в одном из многочисленных чайных домов, уж не знаю какого города. Я ее никогда не видел и даже не знаю имени. Отец о ней не рассказывал, и в детстве слово «мать» было для меня лишь биологическим понятием. Глубже оно меня не интересовало. Я не знал, что это такое, а потому, это слово не волновало воображения.
Амбиции юного возраста обычно задают определенный тон и направление движения молодого разума к цели. Психологически это поясняется тягой определить социальный статус. Такова природа большинства, которое, как известно, никогда не бывает лучшим.
Я знал, что ничем особенным природа меня не наделила. Забегая вперед – можете считать, что я заблуждаюсь, но я полагаю, что мне пришлось труднее, чем Оками, или, как вы его здесь зовете, Лютичу. Ему самому от природы досталось в избытке: он высок, красив, силен, обладает замечательно организованным аналитическим умом, богатым экстрасенсорным потенциалом, и в некоторых областях субъективно гениален. Если бы он только хотел, он добился бы неизмеримо большего, чем корочка аналитического отдела. Ваша поговорка утверждает: бодливой корове бог рогов не дает. Я не бодливая корова, и всего лишь желаю играть на равных с окружающим миром. Шаманизм и магия остались для меня несколько за бортом – я понял, что ничего большего не добьюсь, а оставаться посредственностью не хотелось. Возможно, прав ваш психолог Юнг, утверждая, что на детях великих природа отдыхает. Отец никогда не требовал, чтобы я занял его место, или шел по его стопам. Он признавал мою жизнь моей. Однако этого желал я. И понимал, что имеющийся ресурс недостаточен для исполнения подобного замысла. Время показало, что я был черепахой из сказки о соревновании в беге ее и зайца. Можете считать такое заявление завышенным самомнением, менталитет европейцев и японцев, повторяюсь, отличен в высокой мере.
Оставив мысли о магическом будущем, я подался во Французский иностранный легион. Шел 1999 год, все твердили о приближающемся Апокалипсисе. Шаманы и маги всех мастей тянулись в паломничество к горе Мегидо, что в Аравийской пустыне, так как именно с нее, по преданию, сойдет Армагеддон – кстати, название происходит как раз от имени горы. Спешно созывались конклавы, создавались и рушились союзы, шла бешеная торговля амулетами, ставились опыты и проводились рискованные эксперименты. Каждый старался захватить место получше. В разгар этой дележки я сдал ферзя, оставил позиции, чем изрядно удивил прочих шаманов. Я оставил ритуальный стол, свернул все поиски, добровольно расстался с найденными к тому времени артефактами, распродав их. Оппонентов это насторожило. Они, хоть и не воспринимали меня всерьез, как противника, со счетов все же не сбрасывали. Вероятно, полагали, что при случае отец заступится. Он бы, вероятно, так и сделал, но я этого не желал. Таким образом, я начал другую игру, потянув клубок за нитку, которой никто не трогал. Как у вас говорят, голь на выдумку хитра.
В Легионе я переводился из подразделения в подразделение, из роты в роту, из полка в полк. Знакомился с начальством, изучал внутренний порядок, заводил полезные связи. Это не трудно, если умеешь. За очень короткое время меня прогнали по всем проверкам и допустили до внутреннего круга командования. Не участником, разумеется. Однако, даже положение адъютанта здесь (хотя такого звания в Легионе нет) было более привилегированным, чем официальное капитанство. Стоять за троном намного интереснее, чем сидеть на нем. Я знал обо всех тайных операциях и об истинной подоплеке явных. По прежнему перебираясь из части в часть, я собирал информацию, и манипулировал ею, заставляя свое начальство выбирать те варианты решения вопросов, что были выгодны мне. Это тоже оказалось несложным. Люди просты в управлении. Ложь, лесть, покорность, почтение и восхищение – вот все, чтобы они стали твоими послушными куклами.
