– Нет, не захочу.
Когда Генри и с трудом оклемавшийся Лаур уже вышли на освещенную солнцем улицу и направились отвязывать лошадей, а Зоран только собирался ступить за порог и навсегда покинуть трактир «Ушибленный цыпленок», к нему подошел Гэтчер.
– Я тут сказать кое-что хотел напоследок.
Зоран обернулся к нему:
– Слушаю.
– Никогда больше не приходи в «Ушибленный цыпленок». Впредь, я вряд ли встречу тебя сухими полотенцами. Скорее, это будет арбалетный болт, выпущенный в твою грудь. Поаккуратней также и с остальными заведениями в округе. Я непременно позабочусь о том, чтобы как можно больше людей знали, какой потрошитель ходит по нашим землям.
Зоран, нахмурив брови, кивнул и развернулся, чтобы убраться, наконец.
Но, как только он шагнул в дверной проем и оказался на улице, позади снова раздался голос трактирщика:
– И еще кое-что.
Мнимый детектив опять обернулся.
– Будь ты проклят, Зоран из Норэграда. – произнес Гэтчер и захлопнул дверь прямо перед носом убийцы.
«Уже».
Наездники гнали своих коней резвой рысью. Руин и Брон, воистину, оказались выносливыми и быстрыми жеребцами.
– Держись, Лаур, до Гредиса всего десять миль. Скоро мы приедем и найдем лекаря. – произнес Зоран.
Раненый товарищ покойного Давена сильно похудел и был бледен. В пути рана мокла и заживала очень медленно. С каждым днем путнику становилось все хуже и хуже. Целебные травы у Зорана кончились, а свернуть в ближайший лес, чтобы нарвать их, Лаур категорически отказывался, ссылаясь на спешку.
– Нам… не совсем в Гредис…
Зоран с непониманием уставился на Лаура:
– То есть как не в Гредис?
Тот отвечал с большими паузами и, тяжело дыша:
– Нам… немного юго-западней… в крепость…. у мыса Свободы.
«Да уж… Дела совсем плохи».
– Лаур, ты же ведь просто шутишь, правда?
– Нет.
Зоран откашлялся и произнес:
– Та крепость, о которой ты говоришь, разрушена и заброшена уже более десяти лет. А мост через ущелье, ведущий когда-то к ней, и вовсе сгнил. Ты просто бредишь. Мы едем в Гредис.
– Нет. – неожиданно вставил Генри. – Нам нужно именно туда, куда сказал Лаур. Скоро ты поймешь, что ошибался.
– Я в здравом уме, Зоран. – убеждал раненый.
Зоран покачал головой:
– Я не понимаю, что вы двое несете, но все же послушаюсь и пойду туда, куда вы скажите. Однако знай, Генри, что если из-за потери времени умрет Лаур, то это будет на твоей совести.
«Надо же. Мост цел. Может, и крепость не в таком уж плачевном состоянии»?
– Если даже крепость цела, то зачем нам в нее? – не унимался Зоран, которому за свою жизнь уже успели надоесть тайны и недосказанности.
– Увидишь. – ответил Лаур.
– Хм. – недовольно буркнул наемный убийца.
Мост выглядел так, будто его построили совсем недавно, либо старательно восстановили. Троица без особого волнения преодолела ущелье с помощью этой деревянно-канатной конструкции и двинулась дальше. Местность здесь была чрезвычайно неровная и волнистая: холм за холмом, долгий пологий подъем за долгим пологим подъемом, спуск за спуском и так – бесконечно. Даже Зорана утомила дорога, поэтому он не переставал удивляться выдержки раненого Лаура.
Вдруг холмистую поверхность неожиданно сменил довольно длинный ровный участок, и в паре миль от путников показалась небольшая серая крепость. Издали о ней судить было трудно, но, тем не менее, Зорану показалось, что она не такая уж разрушенная, как многие о ней говорили, хоть и походила на огромный угловатый валун, а не на оборонительное сооружение.
«И почему все вокруг были так уверены в этом»?
– Еще… немного.
Лаур едва не терял сознание, но все же держался в седле. В течение всей недели пути он ни разу не передал вожжи Генри, несмотря на свое ранение.
Троица достигла пункта своего назначения. Крепость действительно оказалась небольшой, но вполне себе целой. Было видно, что построена она очень давно, так как ей недоставало утонченности. Но стены при этом казались довольно прочными, что для такого строения гораздо важней.
– Открывай ворота! Это я, Генри! – прокричал один из приблизившейся троицы.
– Кто третий? – отозвался голос со стен.
– Этот человек – друг! Зовут его Зоран! Открывай живо! Лаур ранен!
Решетчатые ворота со скрежетом поднялись, и троица ступила на территорию крепости. Зоран поразился увиденному: вокруг него вдруг стало очень многолюдно. Оказалось, что за стенами забытой всем Ригерхеймом крепости примерно в одинаковых пропорциях скрывается великое множество представителей самых различных рас. Здесь были буквально все: и гномы, и эльфы, и темнокожие беженцы увядающих и разоренных южных королевств, и суровые северяне. Они ходили бок о бок и вместе трудились. Кто-то шил, кто-то заготавливал древесину, кто-то готовил еду. Но больше всех было кузнецов: на каждом шагу какой-нибудь гном, человек или эльф ковал оружие, либо элементы доспехов.
– Что здесь творится, Лаур? – недоуменно спросил Зоран, пораженный тем фактом, что в считавшейся всеми вокруг разрушенной крепости кипит жизнь.
– Скоро… ты все поймешь. – выдавил из себя спутник наемного убийцы. – Нам туда.
