Ничего удивительного, что вспотел. Мужчины так реагируют на голых девок, подумала Сара. Интересно, ты тоже изменяешь своей девушке, если у тебя такая имеется?
– Ты знаешь, если это вирус, то, случается, с целым диском можно распрощаться. Я должен из прессы выбрать только несколько эпизодов, – Рафал все время болтал. – Может, ты мне поможешь кое-что сократить?
Ей отвечать ничего не надо, достаточно одного взгляда.
– Я пошутил, – громко рассмеялся Рафал. – Слезь, я напечатаю, если хочешь, сиди у меня, на завтра все будет подготовлено, я ведь тебе не мешаю, правда?
Неправда! Мешаешь! Мне мешают все люди на свете! – хотелось выкрикнуть Саре, но она не отвечала.
– Тебе попадались когда-нибудь радиопромахи? Вот наши послушай. – И Рафал включил компьютер.
«Ваш вопрос поставлен с каким-то внутренним смыслом», – донеслось до Сары от стола Рафала.
– Отлично, да? Или вот еще, посмотри.
«Я оказался свидетелем события, которое меня воз… возбужило, ну что я говорю, меня возмутило…»
– Я люблю иногда влезть на эти странички, есть чему посмеяться: «возбужило»!
Он сказал как ребенок, дети часто переворачивают слова. «Булгодать», например, звучит для них лучше, чем «благодать».
Господи, ну кончится эта глупая болтовня или нет? У нее действительно важные проблемы, а он болтает, как нанятый, и ему кажется, что он такой остроумный и такой привлекательный. Идиот!
– Или вот это, послушай, звонок на радио!
И Сара в режиссерской услышала тоненький детский голосок:
«Извините, я девочка, и у нас нет лавочки перед домом…»
– Сладенькая такая, как ты считаешь?
Да, сладенькая. И что с того? Иди себе подобру-поздорову, иди, – повторяла Сара про себя, будто это могло сопроводить Рафала к выходу.
– Посмотри!
Ты, идиот, слова невозможно посмотреть, их можно только услышать, но лучше не слушать вообще, так как все это не имеет никакого значения.
«Дом охраняет полицейский кондон».
– Очень хорошо, очень!
Ну конечно, как что-то связанное с членом, то должно быть хорошо.
«…послал пяч в боковую сетку ворот», – услышала Сара возбужденный голос спортивного комментатора.
«Закипели перед воротами…» – показалось действительно смешно.
«…стоят ученики, которые будут шефствовать при родах», – оповестил очень серьезный голос.
Сара невольно улыбнулась.
«Я обращаюсь к пожилым людям, чтобы не стыдились ласки. Ласка придает старому человеку обаяние. Не избегайте этого, господа!»
– А слышала нашего Вятерка в понедельник? Он вот так начал прогноз, послушай.
«Завтра будет начало большого дуновения ночью».
Рафал ей улыбнулся.
Зачем это он ее развлекает?
– Ты знаешь, что половина людей вообще не улавливает таких ошибок и оговорок! А самые хорошие передачи – когда дети что-то объясняют взрослым. У детей ужасная способность к наблюдениям.
Ужасная способность к наблюдениям! Тоже мне, разве так говорят журналисты!
– Это они должны делать радиопередачи.
– Ты прав, – отозвалась Сара. Рафал так разошелся, даже пробует быть приятным, а она сидит и не реагирует. Еще подумает, что у нее вообще отсутствует чувство юмора. Правда, ей все равно, что подумает о ней Рафал, однако на всякий случай она сказала:
– Ну, давай что-нибудь еще, я все равно должна тут сидеть. – И добавила: – Когда закончишь распечатку, я помогу тебе это отредактировать… если хочешь.
И Рафал по-настоящему обрадовался.
Иза выключила радио. Сегодня было что-то странное. Какое ей дело до какого-то там слона? Рассказала бы что-нибудь полезного, что-нибудь на важную тему.
А какие-то там разговоры об африканских зверях не очень-то ее интересовали.
Хотя откуда маленькие слоники могут знать, что люди на них будут охотиться из-за клыков? И поэтому они у них не растут. Может ли такое быть? Откуда она это знает? Но если сперматозоиды исчезают, то как удивляться клыкам?
Вот с кремами получилось хорошо. Это, пожалуй, могло быть. Так как ботокс, кажется, разжижает мозг, что видно по некоторым стилистам.
Иза засмеялась, хотя ей было совсем не до смеха. С Ендреком у нее облом, это ясно… Обидно!..
Если так, то надо взять из дома парочку мелочей, которые она там забыла, когда уезжала после развода. А о ключах от дома Ендрек забыл спросить у нее, вот и славненько.
Яцек, казалось, примирился с судьбой. Они встретились перед кабинетом терапевта, на улицу вышли вместе.
Юлиуш стал счастливым человеком. Он всем желал такой жизни, как у него. У него не было никаких заблуждений по поводу этой пары. Оба ждали, что он что-то сделает. А он не обладал созидательной силой. Чудеса случаются редко в этом кабинете, а точнее, никогда. Чудеса в обычном понимании этого слова, потому что для Юлиуша чудом был момент, когда он видел, как два человека сближаются друг с другом и наконец начинают понимать друг друга. Он пару раз оказался свидетелем такого сближения. Начинают взаимно видеть в себе реальных мужчину и женщину, а не созданные их собственным воображением образы.
Они вновь молчали.
– И что мы в этой ситуации должны сделать? – первый не выдержал Яцек.
– Ну что, господа, – Юлиуш обратился к ним обоим. – Я не даю таких советов, я только помогаю людям принять решение.
