Но, с другой стороны, есть такое мнение, что через желудок можно повлиять на сердце. Как ты думаешь, если бы я приготовила какой-нибудь изысканный ужин и еще раз попробовала…
Удар был убийственный, невозможно отбить. Юлиуш совершенно напрасно бросился к мячу, было ясно, что он его не отобьет. Какого черта играть в теннис, если все время проигрываешь?
– Гейм и матч, – Ендрек, стоя возле сетки, протянул руку приятелю.
– Ты меня уделал, как никогда, старик.
Юлиуш переложил ракетку в другую руку и крепко сжал ладонь Ендрека. Он ценил воспитанность, но, к сожалению, это была только воспитанность, ничего больше. У него не было никаких сомнений, теннис никогда не будет его сильной стороной.
Зато зимой он обыграет Ендрека в пинг-понг у себя в подвале. Он хитро усмехнулся.
– Я еще прорвусь.
– Не на этом корте. В пятницу бассейн?
– Бассейн. Из-за тенниса у меня проблемы с локтем.
– Интересно, что ты думаешь о плавании. Будешь жаловаться, что ты мокрый?
– Не жалуюсь, только утверждаю, – хмыкнул Юлиуш и спрятал ракетки в чехол.
– Ой, старик, – Ендрек от души рассмеялся, – не любишь ты проигрывать, ой не любишь!
– Считается только игра, – ответил Юлиуш; в общем-то он не любил проигрывать, – а не результат!
– Игра, я тебя умоляю, считается на пианино, а в спорте считается тот, кто лучший.
– Я лучший, – Юлиуш выпятил грудь, – только пока об этом никто не знает…
– Старик! – Ендрек стукнул Юлиуша по плечу, так сильно, что у того почти задержалось дыхание. – Я из тебя сделаю человека!
– А я вот из тебя делать не возьмусь, уж очень много с тобой работы, – и отплатил тем же: так же стукнул Ендрека, при этом совсем неожиданно.
Ендрек легко перебросил сумку через плечо, будто бы два часа пробежек по корту было для него плевым делом, в то время как Юлиуш старался восстановить дыхание.
– Ну что, до будущей недели?
– А может, ты бы заскочил к нам, Гайка была бы рада… Я что-нибудь приготовлю, – через минуту добавил он, желая его заинтересовать.
– Снова говядина? – Ендрек надевал свитер, он не любил общественный душ, в то время как Юлиуш не мог себе представить, как надевать одежду на потное тело.
– Говядина по-охотничьи? – тогда Ендрек не пришел, а жаль. – Подошва, к сожалению, получилась, настоящая подошва. Ты ей дал плохой рецепт, – смело заявил Юлиуш.
– Так, может, я чего-нибудь приготовлю? – оживился Ендрек. – Сделаю хорошую рыбку? Но вы будете одни? Никаких женщин, которые случайно заскочат к вам, потому что проходили мимо?
– Обещаю, – сказал Юлиуш и, когда Ендрек ушел, посмотрел ему вслед.
Нужно с Гайкой поговорить серьезно. Ендрек его приятель, а приятели не делают друг другу таких «сюрпризов», как некоторые женщины, которые думают, что они тоже приятельницы мужчин. Для него было ясно, если бы Ендреку понадобилось бабское общество, то он бы ему сказал. А может быть, он уже с кем-то встречается? Конечно, он не собирался его об этом спрашивать, так как Ендрек, если бы захотел, не стал бы скрывать этого.
Последний визит Ендрека был каким-то кошмаром. Гайка, втайне от него, пригласила свою знакомую с работы. И так неумело выдумывала, будто это случайность! Только вызвала недоумение. Приятельница оказалась на диво простодушной, а Гайка, та вообще не умела обманывать, и он именно это в ней и любил.
– А откуда ты знала, что застанешь нас дома? – так Гайка приветствовала свою приятельницу, которая тут же и ляпнула:
– Ну так ведь ты сама говорила, чтобы я забежала к вам.
Только приятельница не имела такого шарма, как Гайка, у Гайки бы все в этом случае прошло гладко.
Теперь быстро в душ – и домой. Вечером еще два пациента, нужно спешить.
Ей повезло, маленький рыбный магазинчик на рынке был открыт, хотя половина палаток уже позакрывались.
Она поставила сумки с покупками: салат, картошка, апельсины, Яцек любил апельсины, еще купила для него пиво, руки просто отрывались. Рыба. Яцек любил рыбу.
Сара стояла в небольшой очереди, она оказалась не последней из опаздывающих, за ней встали еще два человека.
И что купить на изысканный ужин для своего мужа? Нилового карася? Красивое название, только черт его знает, как готовить карася нилового?
– Свежий карась радужный. Вам килограмм? – Продавщица улыбнулась Саре, она уже ее знает, Сара как бы ей не чужая.
– Давайте сегодня полкило лосося, – решает Сара.
Продавец подает ей знаки головой, она не согласна с решением Сары, совсем чуть-чуть, почти незаметно, и твердо повторяет:
– Я вам взвешу карася.
– А что, нет лосося? – спросил кто-то сзади Сары.
– Есть-есть, – говорит продавщица и продолжает отрицательно мотать головой. – Так что, пани Сара?
– Я хотела чего-нибудь особенного. Может, ниловый карась… Такое красивое название.
– Ну, значит карась, – говорит продавщица с нажимом и выбирает хороший кусок филе.
– Возьмите рыбные палочки, очень вкусные, ну сколько можно стоять? – Это соседка снизу, Сара узнала ее по голосу, она часто зовет внука обедать, выкликая его со двора.
И Сара ответила:
– Карась, пожалуйста, – она не любила усложнять никому работу, а уж тем более, ясное дело, мешать.
