В середине лета в Сэньду прибыл последний отряд из Сианя, и все набранные войска немалым лагерем расположились около находившейся в полутора десятках километрах от Стены крепости. Минь Кунь, назначив во главе войска Мэн Фэна, приставив к нему опытного военачальника Чжен Ги, приказал вывести войска и начать продвижение в сторону степи. Повинуясь приказу, Мэн Фэн вывел доверенные войска за Стену, разделил на три колонны, миновал дозорные башни и, продвинувшись дальше на север, добрался до полосы леса и кустарников, после устроил войскам привал. Во время этого короткого отдыха к войскам прибыл один из самых опытных ханьских шпионов по имени Фань Чун, которому ценой жизни всех агентов удалось, добыв важнейшие сведения, живым возвратиться на родину. Теперь он в простой одежде номада, с хуннской причёской на голове, (идущая от темени до бровей чёлка и две ниспадающие от висков косички, достигающие мочек ушей, в которые для придания им толщины и красоты, были вплетены разноцветные шёлковые ленточки) шатаясь от усталости, стоял перед Чжен Ги. Он сообщал, что по направлению к ним движутся пятьсот с лишним хуннов во главе с самим жичжо ваном Хуннской империи Сюуньзаном, и что отряд хорошо вооружён, у каждого воина имеются по два-три заводных коня, и что в походе участвуют отборные опасные воины. Далее соглядатай сказал, что по его расчётам хунны доберутся до этих мест дня через три-четыре. Он утверждал, они направятся обязательно в их сторону, потому, как выяснил ранее, они намерены, проникнув за Великую стену, опустошить окрестности Сэньду и, если получится, взять приступом саму крепость. Оснований не верить шпиону не было, так как Чжен Ги его знал – это был тот человек, засланный два года назад Минь Кунем в степи. Получив эти сведения и отправив Фань Чуна в обоз, он, немедля передал полученные вести Мэн Фэну. Тот, боясь поверить в такую удачу, но уже втайне про себя надеясь схватить самого жичжо вана, решил устроить кочевникам западню. Для этого забрал у Чжен Ги старого опытного воина по имени Ван Куан, непревзойденного мастера по устройству засад, и объехав с ним всю округу, нашёл то единственное место, которое никак не могли миновать хунны. Это была широкая поляна, со всех сторон окруженная высокими деревьями, кустарниками и вдалеке от неё с двух сторон ограниченная высокими скалами. Несмотря на увещевания Чжен Ги, Мэн Фэн отправил большую часть войска назад, оставив при себе три тысячи копьеносцев, тысячу меченосцев, всех арбалетчиков и двести всадников, посчитав это число более чем достаточным для поимки и уничтожения хуннов. Следуя советам Ван Куана, велел поймать в силки птиц, могущих выдать присутствие засады, заодно разорить их гнёзда. Также приказал приготовить в походных котлах особый экстракт из молотых растений, отбивающий малейший запах, и предположительно за несколько часов до появления варваров велел всем намазаться.
Иначе двигавшиеся впереди основых сил хуннские дозорные, обладающие звериным чутьём и зрением, могли легко обнаружить засаду. Ибо не было случая, когда кочевники при своих набегах не ставили впереди войска самых зорких и чутких воинов, умевших издали уловить запах человека, далеко-далеко увидеть притаившегося в траве врага, за сотни метров услышать тихие, скользящие шаги ханьской пехоты. Но и ханьцы при своих передвижениях использовали не менее чутких и зорких воинов из наёмных кочевников – жужаней, способных за несколько сот метров уловить тихий шелестящий звон вынимаемого из ножен кривоватого хуннского меча или за километры в ночи увидеть высекаемую подковой об камень искру скачущей сяньбийской лошади.
Глава 2
После долгих томительных дней ожидания, утром третьего дня ханьскими дозорными, прячущимися в густых листьях самых высоких деревьев, был замечен отряд кочевников, направляющихся в сторону засады. Извещённые дозорными, ханьцы терпеливо замерли в немом, тревожном ожидании, только несколько человек, неотличимо подражая голосам пойманных птиц, стали имитировать их спокойный шебет. Спустя некоторое время на противоположный от ханьцев край поляны бесшумно вышли трое хуннов и, настороженно сделав несколько шагов, остановились, сняли шлемы и, медленно поворачивая головы направо и налево, стали внимательно прислушиваться к звукам поляны и леса. Одновременно напряжённо вглядываясь в растущие перед ними кустарники и деревья, держась всё время настороже, один из них лёг на траву и, прислонив ухо к земле, долго вслушивался, стараясь уловить подозрительные шумы, после чего медленно поднялся, недоверчиво оглядываясь вокруг, присоединился к остальным. Постояв немного без движения, троица так же беззвучно исчезла, как и появилась. Ещё не зная, обнаружена засада или нет, Мэн Фэн знаками приказал стрелкам зарядить арбалеты, и те, боясь сделать лишнее движение, тихо зарядились, и застыли, как каменные изваяния.
