— Элса, — потянул за рукав меона, — надо звать Этаби с лучниками, иначе нас просто перебьют. Они не дадут нам подняться, а потом полезут на стену.
— Арт, смотри, — дрожащей рукой меон показывал вправо от меня. На минуту я потерял дар речи — в белых одеждах по самому опасному участку стены шла Ада. Солнце играло в её волосах, посылая блики.
— Они перестали стрелять, — только после слов меона я понял, что хеттские лучники прекратили обстрел.
— Ада, — я рванулся вперёд, но железная рука Элсы, пригвоздила меня к зубцу парапета. Ада улыбнулась мне и, вскочив на парапет, развела руки.
— Остановитесь! — Никогда не подозревал, что в этой хрупкой женщины столько мощи. Её голос эхом разнёсся по ущелью, разбиваясь о скалы.
Я Инанна! Склоните колени! — Выглянув в бойницу, увидел, как наступающая пехота замерла. Один хетт в первом ряду стал на колени, ещё несколько человек последовали его примеру.
— Инанна, — шумом прокатилось по рядам хеттов, ломая строй, вражеские воины становились на колени. Удивлённые таким зрелищем прекратили обстрел и лучники хурритов.
— Это ложь, она не богиня, вперёд, — донёсся в тишине голос. Из всего хеттского отряда только один мужчина на колеснице не встал на колени.
— Это обман, она просто дерзкая рабыня, — голос Супилулиума достигал крепости. Хеттская пехота остановилась примерно в восьмидесяти метрах от крепости. Слова царя возымели действие — несколько воинов поднялись с колен, беря в руки оружие, но Ада не дала времени на раздумья.
— Вы убьёте свою богиню⁈ — У меня мурашки пошли по коже, столь звучен и глубокий голос заполнял ущелье. — Вы поднимете руку на жену Думузи? Хватит крови, идите домой, это говорю вам я, богиня Инанна!
Супилулиум бесновался, но сомнения проникли в ряды хеттов. Я поймал взгляд Супимата, сразу вспомнил о своём поручении насчёт хеттского царя. Если даже лучники смогут попасть в него на таком расстоянии, это всё испортит.
Отрицательно замотал головой, делая руками запрещающие жесты. К счастью, командир лучников понял. Среди хеттов началось замешательство: напрасно надрывался Супилулиум, кричали командиры. Простые воины, не желая участвовать в смерти богини, выходили из рядов и медленно брели обратно. Когда половина хеттов покинула строй, трижды прозвучал рог хеттов. Развернув колесницу, Супилулиум погнал лошадей, нещадно давя свою пехоту.
— Охренеть, — вырвалось у меня при виде отступающих хеттов. Ада продолжала стоять на парапете, удерживая равновесие.
— Назад, — освободившись от оков Элсы, рванул к жене и стащил её на стену: — ты что делаешь, ненормальная?
— Выигрываю нам время, — глаза девушки улыбались, — а ведь получилось, правда?
— Я ещё разберусь с тобой, — притворно пригрозил жене, — а теперь марш к раненым, и чтобы я тебя больше на стене не видел.
— Она спасла нам жизнь, —робко вступился Элса.
— И нарушила приказ мужа, — я еле сдержал улыбку при виде вытянувшегося лица меона. Ада спустилась во двор крепости, а мы стояли и смотрели, как уходят хетты. Обожжённые, уставшие, в крови своей и вражеской — с крепостной стены Нарриша хурриты ликовали, считая случившееся окончательной победой.
Только убедившись, что все хетты достигли горловины ущелья, где разбили основной лагерь, смог свободно выдохнуть. Случившееся походило на чудо: Ада взобралась на парапет во время массированного обстрела хеттов. И ни одна стрела её не задела, стрельба мгновенно затихла, едва хетты увидели цвет волос. Безумная храбрость и опрометчивость меня напугала, даже сейчас, я чувствовал холодный липкий страх за жену.
Ада не дрогнула. Она смотрела на отступающих хеттов с холодным величием, словно действительно была богиней. И в этом крылась опасность — поверь девушка в силу своего имени и может оказаться жертвой этого заблуждения. Интересно, какие мысли мельтешили в её голове, когда Супилулиум кричал, что это обман. И каким хладнокровием надо обладать, чтобы вот так стоять под прицелом сотен луков.
Мои командиры привыкли к мысли о немедленных докладах о потерях. И снова досталось лучникам — им приходилось высовываться в поисках цели. И именно в этот момент они становились наиболее уязвимыми. Супимат потерял убитыми восемнадцать человек, раненых оказалось намного больше, достигая трёх десятков. Десять спецназовцев из отрядов Этаби и Шулима получили ранения средней тяжести, трое погибли.
Потери оказались некритичными, опасения вызывал практически исчерпанный запас стрел. Всего у лучников, после сбора стрел, оказалось по полному колчану. У пары десятков в запасе ещё по колчану — этого хватит на пять минут интенсивного боя. Правда, у нас накопился солидный запас вражеских луков и стрел, но времени переучиваться не оставалось. Многие хурриты пробовали стрельбу из вражеского лука, но результаты оказались плачевны. Для стрельбы по площадям результаты подходили, о прицельной стрельбе речи не шло.
