Нарриш мы оставили по левую сторону, даже не увидев его, маршрут лежал восточнее. Первая потеря случилась на десятый день путешествия, когда по расчётам Саленко мы уже миновали триста километров. Местность шла холмистая и преимущественно каменистая. У одной из сангарских повозок сломалась ось во время дневного получасового привала. Мальчишка лет семи лежал под повозкой, спасаясь от солнечных лучей. К несчастью его родителей, повозка придавила их сына, лежащего прямо у колеса, где сломалась ось.
Трудно было утешить несчастных родителей, кроме погибшего у них было две дочки: одна пяти лет и грудной младенец. После несчастного случая велел осматривать оси во время каждой ночёвки.
Спустя ещё четыре дня вышли к озеру с кристально чистой водой. С нашей стороны поселений не было, хотя вдалеке виднелась небольшая деревушка. Шулиму удалось отыскать небольшой родник в скалах, откуда вода бежала в озеро.
— Остановимся здесь на день или два. Пусть люди и животные вволю напьются воды, постирают вещи и просто отдохнут. Лагерь соорудили большим полукругом, оставляя четвёртую сторону водной глади. Озеро буквально кишело рыбой: две семьи амореев оказались рыбаками и даже тащили с собой сети. За двое суток, что мы провели у озера Ван, так его опознал Саленко, рыбой пропах весь лагерь. Форель размером с руку человека жарили, коптили, вялили на солнце. Я даже умудрился сварганить подобие ухи, но скорее это был рыбный суп из-за отсутствия необходимых продуктов.
На второй день из деревушки пожаловали гости: местные рыбаки, получив пару бронзовых ножей, долго благодарили. А спустя несколько часов вернулись с подарками, неся кипу вяленой рыбы и два простых невода.
— Как здесь хорошо, — Ада вытерлась куском ткани и начала одеваться. Найдя укромный заливчик, мы провели там пару часов плавая и загорая, поручив детей заботам няни и Иримы.
— На Дону будет лучше.
— На Днепре, — не преминула вставить свои пять копеек жена.
— Возможно, посмотрим на месте. — Я быстро натянул одежду, услышав шаги в зарослях камыша. Это оказался Шулим — он пошёл искать меня, обеспокоенный моим отсутствием.
— Ночью волки напали на овец и убили десять, пастухи их отогнали, но животные скончались, — доложил командир, отвечавший и за сохранность животных в том числе.
— Пусть сторожат лучше, скоро много хищников будет на пути. А овец разделать и распределить между всеми.
— Между нашими? — Уточнил Шулим, собираясь уходить.
— Нет, между всеми. Мы теперь все одни, нет больше сангаров, хурре или эсоров.
— А кто мы? — взгляд хуррита выражал недоумение.
— Пока просто люди, а скоро станем Русами, как доберёмся до места.
По просьбе женщин из каравана решил задержаться на берегу озера ещё на один день. Женщины стирали вещи, купали детей на мелководье, пользуясь изобилием воды. Этот день тоже использовал, чтобы вволю накупаться и позагорать. В Этот раз Ада не составила мне компанию, но водные процедуры принял Этаби.
— Арт, каково там на землях твоего народа? — Хуррит много раз спрашивал, я не раз ему отвечал. Но уважая друга, не поленился повторить:
— Там реки и озера полные рыбы, леса, в которых столько животных, что устанет рука, держащая лук. Зимой снега наметает столько, что трудно ходить по лесу. Всё замерзает: реки и озера покрываются льдом, но жизнь продолжается. Там нет такого жаркого солнца, а чистая родниковая вода на каждом шагу. В лесах есть животные медведи, они похожи на тебя -огромные и злые.
Этот момент Этаби нравился больше всего: каждый раз перебивал меня словами:
— Расскажи про медведя.
И я рассказывал, какое голубое небо над головой, как шелестят берёзы и осины, дрожа на ветру. Как сладко пахнет русская земля весной, просыпаясь после зимней спячки. В моих рассказах сочеталась реальность с детскими воспоминаниями из сказок.
За три дня на берегу озера мы превратили в помойное место чистый и красивый берег. Животные объели всю траву, не побрезговав молодым камышом. Следы костров и временные отхожие места остались после нашего ухода, словно напоминая, какое грязное животное человек. Внушительная разномастная когорта, чотоящая из представителей разных народов, присоединилась к нам перед самым выступлением в путь от озера.
Все наши ёмкости были наполнены родниковой водой: за три дня благоденствия немного отъелись и животные. Волы намного быстрее тащили повозки, соскучившись от безделья за время стоянки. По расчётам Саленко мы прошли почти половину пути до Каспийского моря, потратив на это восемнадцать дней. Но сейчас двигались уже быстрее — лишь иногда задерживаясь, огибая каменные насыпи на своём пути. В остальное время передвижение шло довольно быстро, все уже приноровились к режиму и не создавали задержек.
Через пять дней как покинули озеро Ван, впереди показалось небольшое селение. Сразу за селением начинались холмы, переходящие в скалы.
— Виктор, куда мы пришли? Мы же должны были оставить горы с левой стороны.
