— Арт, я вижу людей слева, — проследив за пальцем Ады ничего не заметил.
— Не вижу!
— Они спрятались за валунами.
— Далеко отсюда?
— Не знаю, метров двести, наверное.
— Поехали! — Пропустил жену вперёд, чтобы отразить нападение с тыла. Увидев, что мы уходим, неизвестные издали боевой клич, выскакивая из-за валунов.
— Галопом, — скомандовал Аде, — держись ближе к воде, там песок и нет крупных камней. У преследователей не было шанса нас догнать, я хотел как можно скорее доставить Аду в лагерь и организовать преследование туземцев с парой десятков конных лучников. В лагере заметили наш галоп: всадники мгновенно вскочили лошадей, пуская их галопом навстречу.
— На нас напали, там есть ещё, держи этого, — перебросил пленника на круп к воину.
— Ада, не высовывайся, скоро буду, — развернув жеребца, подарок Эрби, поскакали навстречу неприятелю. Туземцы трезво оценили свои шансы, их было около десяти человек. Прекратив преследование, противник бросился врассыпную, пробираясь между нагромождений валунов.
— Не убивать без нужды, — успел отдать приказ, прежде чем началась охота на людей. Пешим трудно уйти от всадников даже среди валунов. Не прошло и пяти минут, как все туземцы были обезоружены. Двое были убиты, ещё несколько человек получили стрелы в руки и ноги. Из спецназа только в Этаби попала стрела, застряв в многострадальном плече. Хуррит уже успел снять доспехи, давая отдых телу, и не стал их надевать, чтобы не терять времени.
Рана оказалась неглубокой, каменный наконечник не смог глубоко уйти в мышцы плеча.
— Грязные сыны шакалов, из всех попали только в меня, —ругался хуррит, вызывая подавленные смешки у воинов.
Осмотрев рану друга, поддержал его русской поговоркой:
— До свадьбы заживёт, держись
— Какой свадьбы, Арт, у меня есть жена.
— Как какой, — решил немного потроллить друга, — зачем они попали именно в тебя? Это обычай такой у них — в кого попадут, за него отдают в жены своих женщин.
Хуррит на мгновение остолбенел, но я не смог долго сдерживать смех. За мной грохнули и остальные воины, сказывалась разрядка после скоротечного боя.
— Да я вас всех… — запнулся Этаби, не находя подходящего слова. Потом махнул рукой и, оставив смеющийся отряд, медленно потрусил в сторону лагеря.
— Что с ними делать? — Шулим осадил коня рядом.
— Не знаю, убивать их не хочу, да и отпускать опасно. Может подержим в плену, пока не пойдём дальше?
Молча кивнув, Шулим отдал указания: пленных погнали в лагерь. К нашему возвращению уже все знали, что случилась стычка с местными. Если внимательно присмотреться, туземцы мало чем отличались от сангаров или хурритов. Косматые волосы на голове, грязные всколоченные бороды, густые брови. Одеты немного хуже, но это и понятно. Месопотамия развивалась не изолированно, к ним поступали товары со многих областей и прилегающих территорий, включая Египет.
— Приставь к ним стражу, покорми, дай воды, попробую потом поговорить, — поручил Ахбухчу, отправив Шулима проверить дозоры по периметру. Через пару часов наступит темнота, надо ещё успеть собрать хворост, выброшенный морем на берег.
Уже в темноте, когда мы успели поужинать, появился Ахбухч, ведя связанного пленника.
— Он всё время что-то говорит, — пояснил хуррит, показывая на пленника.
— Как называется ваш народ? — спросил я на хеттском, потом хурритском. Пленник лопотал в ответ, издавая гортанные звуки, но никто его не понимал. Ахбухч задал тот же вопрос на сангарском. После пробовали на эламитском, эсорском, касситском и даже на языке аромеев.
— Я знаю, как узнать кто они, не мешайте мне, — протиснулась вперёд Ада. Она дотронулась до себя и несколько раз произнесла слово «Ада».
— А -да, — повторил пленник и даже изобразил улыбку. Дотронувшись до своей груди, мужчина выдавил из себя:
— Гарр.
— Его зовут Гарр, — радостно вскрикнула моя жена, но стушевалась под моим вопросом:
— И что нам это даёт, мы же хотели узнать, что за племя здесь обитает?
— Минутку, — Ада широким жестом обвела сидящих у костра, произнося «Хурре».
Как ни странно, пленник её понял. Он мотнул головой в темноту, откуда его привёл Ахбухч и произнёс:
— Лег!
Дальнейшие попытки поговорить провалились: или мы не так задавали вопросы, используя язык и жесты, или Гарр нас просто не понимал.
— Уведи его к остальным, их накормили?
— Не хуже наших, — ответил Ахбухч, дёргая пленного в темноту.
— Зачем нам знать кто они? — Этаби массировал раненое плечо, — перебьём всех, кто на нас нападёт и пойдём дальше.
— А если их будет сотни, тысячи? Будем убивать? Мы идём, чтобы жить свободно, не будем лишать этого права других.
— Ты прав, Арт, — заговорил хуррит после некоторого молчания, — пусть живут. Но если будут нападать, пожалеют.
Второй и третий день отдыха прошли без приключений. За время отдыха подлатали пару повозок, некоторых волов пришлось заменить теми, кто пока не шёл в упряжке.
