Кори ненадолго задумалась. 1938 год. Ферма все еще принадлежала Гоуэру. Даже если пометки делал кто-то другой, страницы альманаха могут стать важной уликой. Она достала из сумки пакет для улик, убрала в него альманах, запечатала пакет и надписала его. Напоследок окинув взглядом спальню, чтобы убедиться, что ничего не пропущено, Кори вышла и направилась в гостиную.
Остановившись в дверях, она набрала полную грудь воздуха. Эта комната оставалась последней. Через свисавшие лохмотьями занавески на грязном окне она видела рядового: парень откинулся на спинку стула так, что тот стоял под опасным углом, и листал свой журнал. Кори постояла немного, чтобы сосредоточиться, затем внимательно осмотрела комнату, пытаясь представить, какой она была восемьдесят лет назад, когда это был обычный жилой дом, а не развалина. Ее глаза задержались на каждом предмете, отмечая обтрепанный диван, стол и два стула, картины в рамках, висящие на потрескавшихся стенах, полки с разными безделушками…
Кори подошла к полкам и изучила каждый предмет по очереди: старые номера «Ридерс дайджест», книги, несколько пустых винных бутылок (возможно, коллекционеры сочли бы их ценными), стопку журналов, ковбойскую шляпу и ту самую доску для настольной игры парчиси, на которую обратил внимание Уоттс.
Она провела пальцем по корешкам книг, оставляя в пыли ровную дорожку. Несколько приключенческих романов Зейна Грея, Библия издательства «Гедеон», позаимствованная из мотеля «Сейдж Браш», основательно зачитанное издание «Старинных легенд Дикого Запада» авторства некого Хаймана С. Цима. Кори взяла эту книгу с полки и стала перелистывать; несмотря на обтрепанность, говорившую о том, что сборник неоднократно перечитывали, здесь не обнаружилось пометок, как в альманахе. И все же книга принадлежала лично Гоуэру, и в ней могли обнаружиться важные подсказки. Кори убрала «Легенды» во второй пакет для улик и направилась к дивану, но, подумав, что внутри наверняка скрывается крысиное гнездо, предпочла расположиться за шатким столом. Деревянная столешница напоминала картину Кита Харинга: она была сплошь изрезана каракулями, рисунками и надписями. Скорее всего, эти художества оставили здесь скучающие солдаты, дожидавшиеся начала учений или испытаний. Взгляд Кори выхватил пару дат: июль 1945, сентябрь 1944. Видимо, их начертили те, кто участвовал в испытаниях «Тринити». Попадались грубые, непристойные рисунки и надписи наподобие «Здесь был Килрой». Однако Кори добросовестно сфотографировала и их тоже. Затем она убрала камеру, вздохнула и осторожно опустилась на стул.
И все-таки она не жалела, что так старалась получить ордер. Зато потом не будет корить себя и мучиться сомнениями, не пропустила ли то единственное, что помогло бы распутать дело. Но скорее всего, когда у Гоуэра отняли землю, он сразу забрал все ценные вещи, особенно если они имели отношение к поиску сокровищ.
Стоп. А точно ли Гоуэр вынес с ранчо все ценное? Зачем тогда он ехал через пустыню 16 июля 1945 года?
После первой поездки на военную базу Уайт-Сэндс Кори многое узнала о базе и о «Тринити». Правнук Гоуэра ошибался: после того как Гоуэр покинул ранчо, правительство всего лишь сдало эту землю в аренду для проведения испытаний. Только позже территории бывших ранчо были изъяты навсегда, и к 1970 году все они стали неотъемлемой частью ракетного полигона Уайт-Сэндс. В 1942 году, когда Гоуэров выселили, у Джима были все основания надеяться, что вскоре ему вернут ранчо, ведь никто не знал, что поблизости от его дома вот-вот взорвут атомную бомбу. Возможно, Гоуэр спрятал что-то в доме и рассчитывал залезть в этот тайник по возвращении.
«Возможно», «вероятно» – и ни одного «наверняка». Пора признать, что обыск ничего не дал. Кори встала. Пора было уезжать.
Ее взгляд скользнул по двум журнальным обложкам, висевшим в рамках на стене. Рамки были самодельные, из грубо обработанной древесины. Такие же мастерил отец Кори, чтобы украсить трейлер. Обложки с фотографиями покрыты шеллаком, чтобы не загибались. За прошедшие годы слой смолы потемнел и потрескался.
Кори подошла к стене. Ей снова вспомнился трейлер ее матери в Медсин-Крике. Мать тоже обклеивала стены всякими безвкусными картинками, но до такого даже она не додумалась. Одной из картинок оказалась обложка журнала «Аризона хайвейс», несомненно самого скучного периодического издания, известного человеку, с черно-белой фотографией кратера вулкана Сансет. Кори узнала его по снимкам, сделанным ее одноклассниками во время экскурсии в Большой каньон. Однако восьмиклассница Кори Свенсон осталась тогда дома. Мать наотрез отказалась давать деньги, сочтя поездку слишком дорогим удовольствием. А то вдруг родительнице не хватит на жизненно необходимые вещи: выпивку и опохмелку…
