Я всячески старался поменьше думать о ней, потому что от этих мыслей меня начинало тошнить, а в тошноте никакого проку, если только она не помогает откосить от уроков.
– Он линзы использовал, – сказал я. – То есть эта… этот киборг – окулятор?
– Не обязательно, – не согласилась Бастилия.
– Но тогда каким образом…
– Есть способ сделать линзу, которую может применить кто угодно… – еле слышно прошептала она.
– В самом деле? – удивился я. – Тогда почему, во имя всего святого, мы в массовом порядке таких не наделали?
Бастилия смотрела в сторону.
– Потому, бестолочь, – прошипела она, – что для создания такой линзы нужно принести в жертву окулятора и применить его кровь!
– Ого, – только и выдал я.
– По-видимому, Железная Рожа использовал такую вот кровавую линзу, как-то вмонтированную в фонарь кабины для наведения и стрельбы, – предположила Бастилия. – Метод, вполне достойный киборгов Нотариуса. Они любят скрещивать могущество окуляторов с продуктами технологии Тихоземья.
Вы небось уже поняли, что разговор о линзах, созданных на крови, зашел неспроста? Дошло наконец, с какой стати в итоге меня потащили на алтарь, чтобы принести в жертву?.. Бастилия в своих объяснениях пренебрегла только одной мелочью. А именно: сила окулятора, убитого при обряде, напрямую влияла на могущество линз, сделанных из его крови. Чем сильнее окулятор, тем грознее линза.
Ну а я, как вы, наверно, уже догадались, был очень-очень могущественным…
Бастилия ушла добывать еще веток, я же остался тихо сидеть, обдумывая услышанное. Быть может, мне просто мерещилось, но я вроде как чувствовал что-то… там, в отдалении. То же противное ощущение, как в момент побега со взлетной полосы или боя с истребителем.
Глупость какая, сказал я себе, борясь с невольным ознобом. Благодаря таланту Каза мы сотни миль одолели. Если даже киборг выжил, ему не одни сутки понадобятся, чтобы добраться сюда!
Так я предполагал…
Спустя некоторое время я лежал под кровом из листьев, сняв с ног черные кроссовки и сунув под голову свернутую куртку вместо подушки. Остальные дремали, и я пытался последовать их примеру. Вот только мысли об услышанном никак не давали покоя. Все казалось взаимосвязанным, только еще понять бы, каким образом!
Принцип работы линз.
Таланты Смедри.
Тот факт, что кровь окулятора позволяла создать линзу, работающую со всеми и каждым.
Связь между силиматической энергией и силой окуляторов…
Все было сплетено воедино. Но я никак не мог постичь этот узор, ведь я был всего лишь рыбой. Поэтому в конце концов я уснул.
А это не так-то просто проделать, если у тебя отсутствуют веки.
Ну ладно, я не рыба. Признаю́. Что? Сами догадались? Ах вы, мои умнички. А чем я себя выдал? Тем, что книжки пишу? Или отсутствием плавников? Или тем фактом, что я самый что ни на есть отъявленный лгун?
Всяко-разно в том маленьком упражнении на сообразительность имелся смысл за пределами моих обычных намерений (состоящих, конечно же, в том, чтобы вас подразнить). Я хотел кое-что доказать. В предыдущей главе я вам сообщил, что являюсь рыбой, но также упомянул свои черные кроссовки. Помните? Вот в том-то и суть. Вранье, не было у меня никаких черных кроссовок. Я носил белые. О чем и написал еще в первой главе.
Сказать, почему это имеет значение? Есть такая штука, называется «отвлечение внимания». Я выкатил вам большую ложь и заставил так на ней сосредоточиться, что меньшую ложь вы проглотили не задумываясь. Я заявил, будто являюсь рыбой, потом этак мимоходом ввернул про черные кроссовки, а вы и не заметили. Люди все время такой тактикой пользуются. Они гоняют на престижных машинах, чтобы никто не обратил внимания на их обшарпанные домишки. Они ходят разодетыми в пух и прах, чтобы никто не заметил, какие они на самом деле мягкотелые. Они разговаривают громким голосом, и вы не понимаете, что на самом деле им нечего сказать.
Вот и со мной такое случилось.
Куда бы в Свободных Королевствах я ни пришел, люди вечно спешат меня поздравлять, восхвалять, испрашивать благословения. А ведь на самом деле перед ними рыба! Но люди так зациклены на великом факте – я как бы спас мир от Библиотекарей, – что готовы начисто игнорировать факты понезначительнее. Они не видят, кто я на самом деле, не замечают, во что мне обошлось так называемое геройство…
Вот поэтому-то я автобиографию и пишу. Хочу научить вас отмахиваться от условной рыбы и обращать внимание на ботинки. Рыба и ботинки, запомните накрепко! А пока…
– Алькатрас! – Оклик пробился сквозь сон. Я кое- как разлепил веки, потом приподнялся и сел.
Прямо перед пробуждением мне снился волк. Металлический. Он бежал, старался напасть… подбирался все ближе…
Он идет, подумалось мне. Охотник. Киборг Нотариуса. Он в самом деле не умер…
– Алькатрас!
Я оглянулся на голос, и моим глазам предстало невероятное зрелище. Не очень далеко от меня стоял мой дед.
– Дедушка Смедри! – обрадовался я, неуклюже вставая.
Это в самом деле был мой старичок. Его пышные седые усы, знакомая бахрома белых волос за ушами.
– Дедушка! – воскликнул я, бросаясь вперед. – Ты где пропадал?
