Неожиданно раздавшийся детский смех заставил развернуться. Трое ребятишек в сопровождении молодой девушки весело болтали, неся в руках увесистые корзины. Никакая непогода детской беспечности не помеха, это согревало не хуже тёплого кафтана. Завидев меня, двое ребятишек помахали мне рукой, а третий – им оказалась девочка, испугано спряталась за юбку девушки. Я улыбнулся и помахал им ответно. Время было не позднее, однако темень стояла порядочная, добрались бы они поскорее домой. Вдруг порыв ветра сорвал с махавшего мне ребёнка (им был мальчик) шапку и отбросил её на порядочное расстояние в снег. Мальчик, поставив корзинку, тут же бросился за ней, почти по пояс утопая в снегу. Девушка что-то крикнула, ребята заголосили, но звуки эти потонули в свистящей тишине. И тут я увидел его. Из черноты обозначился знакомый размах берсерковой фигуры. Его низкочастотный рык заставил сердце содрогнуться и пуститься в бешеный галоп. Берсерк был в ста метрах от меня, а прямо к нему, в слепом желании добраться до шапки, шёл ребёнок! Он явно не слышал рыка, не видел опасности! Да и что толку! Мальчик всё равно не успел бы убежать – незнакомец уже ринулся к ребёнку. Не медля ни секунды, я, как в вязком сне, помчался наперерез огромной туше, которая уже неслась к одинокой фигурке. Глубокий снег, острые иглы метели – ничего теперь не было преградой, я и берсерк словно стали отражением друг друга, с одинаковой легкостью сокращая расстояние широкими скачкообразными шагами. Время остановилось, и я запомнил каждый фрагмент наших движений. Вот берсерк заметил меня. Его остроочерченная голова повернулась ко мне, в маленьких глазках вспыхнул восторг. Его внимание, направленное на меня, казалось, перечеркнет достижение цели – ребёнка, но напрасно. Берсерк бежал именно на мальчика, и, понимая, что мне не успеть, я в отчаянии оттолкнулся и прыгнул. В самый последний момент я приземлился на берсерка, повалив его прямо перед большими растерянными глазами мальчика. Мы покатились по снегу, взметая вокруг себя ворох снежных хлопьев, тут же начав жестокую борьбу. Его реакция оказалась моментальной и безжалостной. Он нацелился на горло, но я, предугадав это, заслонил шею рукой. Схватив меня за руки, он начал отводить их, чтобы открыть горло. Красные глаза были устремлены на меня. Берсерк был в восторге, он играл со мной, он ждал этой схватки. Очень долго ждал. Но откуда я это знал? Силы стали исходить из моих жил. Руки стали дико дрожать и постепенно подчиняться. Налитые кровью глаза насмешливо сузились. Он и не думал, что это будет так просто. Вокруг раздались остервенелые возгласы и крики. Я оторвался от этих мерзких глаз и увидел, как в спину берсерка по самую рукоятку вонзается топорик. Морду берсерка перекосило от боли, но хватку это ни на миг не ослабило, а скорее, даже наоборот, он навалился на меня ещё сильнее. Собравшись, я сосредоточил силы, переместив их в ноги, и ослабив руки, резко рванул вправо. Челюсть берсерка сомкнулась на воротнике моего кафтана, а я со всей силы пнул его в живот. Берсрек слегка подался назад, но этого было достаточно. Извернувшись, я схватился за рукоятку и дернул что есть мочи. Страшный вой исторгся вместе с кровью, но я успел прекратить его, не доведя до апогея. Красные глаза берсерка заблестели, по-настоящему переполняясь красной жидкостью. Теперь топор торчал по рукоять в широком лбу, остановив незнакомца навсегда.
Облокотившись на перила, человек наблюдал за развернувшейся перед ним непостижимой картиной. Стенки уходившей вниз гигантской пропасти были поделены на ровные квадраты с прямоугольниками, каждый из которых отливал своим неповторимым светом. Между ними волнистыми потоками скользили ленты, так же переливаясь всеми возможными цветами. Человек знал, что стены гигантской трубки светятся так не сами по себе, а из-за того, что происходило внизу.
– Верно я решил, что ты будешь здесь.
– Слушаю тебя, Тот.
Человек не обернулся, продолжая созерцать. Тот мягко приблизился к нему. Встал рядом.
– Ты назвался вторым Ану, почему?
– Потому что это так и есть.
Молчание, вспышки из пропасти, тишина.
– Я был им. Когда-то.
– Выходит, он не захотел возвращаться.
– Нет.
– Что ж, придёт время, и мы с тобой, возможно, поступим точно так же.
Человек оторвал взгляд от пропасти и повернул кинокефалью голову прямо на Тота.
– Исключено.
– Что ж, – Тот склонил голову, – время покажет.
Анубис улыбнулся.
– И это говорит тот, кто сам управляет временем? И что же ты покажешь, Тот?
Тот молча протянул открытую ладонь, на которой через мгновение сформировался небольшой скипетр. Его рукоять лентой обвивали змеи, сходившиеся носами к наконечнику – эпифизу.
– Теперь ты будешь одним из тех, кто отделяет зёрна от плевел.
– Такая честь за то, что во мне элементали Ану?
– Это за то, что ты был архитектором – смертным, изменившим устрой к лучшему, без противоречий.
Тот вручил Анубису скипетр.
– В твоём распоряжении кармические долги, которые частицы не пожелали возвращать.
Анубис принял кадуций, крепко сжав рукоятку в кулаке.