День ничем не отличался от других. Как она часто делала ранним утром, Мэйлин, перейдя небольшой мостик, шла по тропинке, которая петляла между деревьями у края пруда, и тут ей показалось, что она услышала слабый шорох слева. Она остановилась, и звук тоже стих, – без сомнения, какой-то маленький зверек крался среди листвы. Но она сделала всего несколько шагов, как за спиной раздался треск ломающейся ветки. Мэйлин обернулась.
– Братишка! – воскликнула она, а потом, заметив, что Ньо озирается, добавила: – Поблизости никого нет. Как ты сюда попал?
– Привязал коня в лесу еще утром. Наблюдал, как просыпается деревня, как твой муж вышел из дому. Видимо, вернулся из Америки.
– Ты был осторожен.
– Зато в прошлый раз я был недостаточно осторожен. Помнишь?
Она смотрела на него. Ее братишка стал старше, поседел, подумала она.
– Мой муж никогда не ездил в Америку. Он вернулся сразу.
Поодаль от тропы они нашли бревно, на которое можно было присесть.
– Что ты здесь делаешь? – спросила она. – Я так часто думала о тебе, как ты и что ты. Хочу все знать.
– Я все расскажу. Но сначала ты должна ответить: как твоя семья? Все наладилось?
– Ничего не изменилось. – Она грустно улыбнулась. – Мой муж здоров, но его брат совершенно бесполезен. Наши сыновья отлично работают, но мы мало что можем сделать. Брат мужа продал бо́льшую часть земли. Дом разваливается. Говорят, американцы снова ищут рабочих и платят хорошо. Может быть, мой муж и один из мальчиков все-таки уедут. Но это пока не точно. Но мы выживем, братишка. Мы не голодаем.
– Я привез тебе деньги.
– В этом нет необходимости. У меня еще есть деньги с прошлого раза. Оставь себе.
– Я их специально для тебя привез. У меня достаточно денег. Спрячем перед моим уходом.
Она вздохнула. Наверное, Ньо может себе это позволить. Он рассказал ей о своей миссии так же, как рассказал Уайтпэришу.
– Но кое о чем я британцам не сказал, – добавил он.
– О чем же?
– У нас много серебра из захваченных нами городов. Не просто много, а очень много. И еще больше хранится в форте в Шанхае.
– И что будешь с ним делать? – Она улыбнулась. – Уйдешь на покой богачом?
– Нет. Как только мы возьмем под контроль порт в Шанхае, то купим железные военные корабли, пароходы, как у британцев. Может, десяток, может, больше. Затем мы поплывем вверх по реке в Нанкин, взорвем лагеря императора за пределами города и полностью перекроем их поставки. Вся река Янцзы будет нашей.
– Ты действительно думаешь, что вы свергнете императора?
– И изгоним маньчжуров? Да, думаю. Особенно если британцы будут с нами сотрудничать. Это в их интересах.
Мэйлин на мгновение задумалась.
– Я знаю, ты всегда этого хотел, – тихо сказала она, потом подумала немного и добавила: – Можно вопрос?
– Конечно.
– Небесный царь безумен?
Она заметила, что Ньо колеблется.
– Не знаю, – медленно произнес он. – Может быть, великие люди часто кажутся немного сумасшедшими. Они видят то, чего не видим мы. Но взгляни, чего он добился. У него есть царство. Он еще может захватить всю империю. Она вот-вот падет.
– Ты так говоришь, потому что хочешь, чтобы это было правдой.
– Знаю.
– Он мог побеждать и все равно оставаться безумцем.
Ньо обдумывал ее слова и тут, взглянув на воду, слегка вздрогнул и ткнул пальцем:
– Это что за ребенок?
На другом берегу пруда из ворот дома вышла свекровь Мэйлин, ведя за руку маленькую девочку.
– Это наша дочь, – сказала Мэйлин. – Появилась меньше чем через год после твоего последнего визита. – Она улыбнулась. – Я всегда хотела девочку.
– Наверное, ты счастлива.
– Да.
– А муж не расстроился, что родилась девочка?
– Да он на нее не надышится.
Старуха и девочка ступили на мостик.
– Вылитая ты! – воскликнул Ньо.
– Все так считают. Матушка говорит, что, когда она чуть подрастет, мы должны бинтовать ей ножки, тогда выгодно выйдет замуж.
– Девочкам-хакка не бинтуют ноги, – нахмурился Ньо.
– Маньчжуркам тоже, но это единственный способ дать ей жизнь лучше, чем у нас.
Казалось, ответ не устроил Ньо.
– Когда мы придем к власти, все изменится.
Взгляд Мэйлин был прикован к дочери, но думала она о другом.
– Братишка, ты собираешься жениться? – внезапно спросила она.
– Несколько лет назад у меня появилась жена. Мне ее даровал Небесный царь.
– Отлично. Дети есть?
– Был ребенок, но умер при рождении. И жена тоже.
– Мне жаль. Ты ее любил?
– Мы мало времени были вместе. – Он грустно улыбнулся. – Не так, как я люблю тебя, сестрица.
– Это другое.
Она покачала головой. Ее братишка был мужчиной средних лет, но на мгновение он заговорил почти как ребенок:
– Когда это закончится, я уйду на покой и остепенюсь. Женюсь. Заведу семью. Небесный царь обещал мне.
– Хорошо. Надеюсь, уже скоро. – Она все еще смотрела на воду, но теперь повернулась к нему. – Тебя преследуют воспоминания? Все, что ты повидал? Люди, которых ты убил?
– Я солдат.
Мэйлин медленно кивнула. Ньо не мог говорить об этом. Она поняла. Затем они закопали серебро, которое он принес, а потом пошли туда, где была привязана его лошадь, он попрощался и ускакал. А Мэйлин смотрела вслед Ньо, чувствуя себя беспомощной, как мать, разлученная с ребенком.
