– Оползень. Никто не ожидал этого. Бригадир послал меня заказать еще гравия. Я прошел всего четверть мили, когда повернулся и увидел, что от горы над путями откололся целый кусок и скользит вниз. Какое-то время он, казалось, двигался довольно медленно и тихо. Затем послышался грохот, какое-то шипение, а потом рев. Я видел, как камни отскакивают от склона горы, а сам оползень был таким быстрым, что напоминал водопад. Поднялось огромное облако пыли. – Он сделал паузу. – Мы все схватили лопаты и другие подходящие инструменты и начали выкапывать наших. Пострадавших было человек двадцать или тридцать. Многие получили довольно сильные ранения, а двое или трое задохнулись. Отца мы не нашли.
– Ему не удалось убежать?
– Сначала я именно так и думал и все время звал его по имени, но его нигде не было. Поэтому я продолжал откапывать других рабочих. А через час нашел отца. Ну, то, что от него осталось. Его придавило большим камнем. Должно быть, отец умер сразу. – Он посмотрел на мать, сестренку, а потом на брата. – Уверен, ему не было больно.
– Когда это случилось?
– Около года назад.
– Тогда почему ты вернулся?! – спросил Старший Сын. – Ты должен был доработать до окончания контракта. – Мэйлин бросила на него взгляд, полный ярости, но Старший Сын покачал головой и строгим голосом отчеканил: – Ты, должно быть, отказался от больших денег, а ведь вы именно за этим туда поехали.
– Знаю. Я думал обо всем этом, – ответил молодой человек. – Я ведь остался. Мне отдали то, что причиталось отцу, и я продолжал работать.
– Тогда почему ты сейчас здесь? – не унимался Старший Сын.
– К нам приезжал молодой американец. Он периодически проверяет всех людей, которых перевозит. Единственный, кто так делает. Он узнал об отце еще до того, как добрался до меня. Он сказал мне: «Ты слышал, что на соседнем участке бушует оспа?» До меня дошел слух, что некоторые рабочие заболели, но, поскольку у меня был контракт, я не видел особого смысла переживать. «Тебе нужно уехать отсюда, – велел он мне. – Я присматриваю за своими китайцами, и я не могу себе позволить потерять тебя так же, как отца».
– Это все, конечно, очень хорошо… – начал было Старший Сын, но его племянник поспешил продолжить:
– Я собирался отказаться. Но он сказал, что активно ведет дела с железной дорогой и обо всем позаботится. Я и крякнуть не успел, как он заставил их полностью оплатить мой контракт, а также контракт отца, и я поехал домой.
– Покажи мне деньги, которые ты привез, – сказал Старший Сын.
– Они в безопасном месте, – отрезала свекровь. – Завтра покажу тебе.
Все это время Мэйлин наблюдала за дочерью, которая слушала с широко раскрытыми глазами, но молчала. Затем Яркая Луна закрыла глаза, словно пыталась отгородиться от новостей. Когда она снова их открыла, ее взгляд стал таким пустым, что у Мэйлин возникло ощущение, что дочь куда-то отдаляется, отгораживается от всех, как человек, скрестивший руки на груди. Она надеялась, что это скоро пройдет.
– Где похоронен твой отец? – спросила она сына.
– В долине. Все по правилам. Я знаю, где искать могилу.
Мэйлин медленно кивнула. Сможет ли она когда-нибудь ухаживать за могилой мужа? Вряд ли.
– На что похожа эта Калифорния? – поинтересовался Старший Сын.
– Климат мягкий, более сухой, чем здесь. Америка большая, но народу мало.
– У них нет таких больших городов, как у нас? – задал очередной вопрос Старший Сын.
– В Калифорнии нет. Во всяком случае, пока. В других районах Америки есть. Но в основном вокруг них нет стен.
– Как может быть город без стен? – удивилась Матушка. – А если на вас нападут?
– Я не знаю. У них там только что была большая война. Воевали друг с другом. Много людей погибло. Как во время восстания тайпинов. Но боевые действия никогда не приближались к Калифорнии.
– Как к вам относилось начальство? – спросила Мэйлин.
– Они любят китайцев. Мы усердно трудимся и не доставляем никаких хлопот. На калифорнийской железной дороге работает много китайцев, и с каждым годом их становится все больше. Раньше там работали в основном ирландцы, – добавил он с гордостью. – Крупные, сильные мужчины. Но когда ирландцы пожаловались, что мы лишаем их работы, начальник железной дороги сказал, что, если они не перестанут канючить, он всех заменит китайцами.
– А кто такие ирландцы? – спросила Матушка.
– Варварское племя. В Америке много варварских племен.
Казалось, его рассказ удовлетворил Старшего Сына.
– Возможно, нам всем следует поехать в Америку, – сказал он.
– Тебе придется работать, – тихо пробормотала Матушка, но Старший Сын не услышал.
В ту ночь он курил опиумную трубку отца.
Утром, пока Старший Сын еще спал, Матушка, Мэйлин и двое ее сыновей провели семейный совет. К этому времени и в семье, и в деревне младший сын Мэйлин получил новое имя: Калифорниец.
Первый вопрос заключался в том, что делать ее двоим сыновьям. Калифорниец предложил вернуться в Америку, но Мэйлин не успела сказать, какую боль причиняет ей эта мысль, как Матушка отрезала:
– Нет! Вы оба нужны нам здесь.
