— Ну все, теперь рубины точно мои, — буркнул Пейсистрат, в голосе которого звучало уже не торжество, а раздражение.
— Вспомни о дождях на Ананго, — напомнил Кэбот.
— Не будь глупцом, — упрекнул его Пейсистрат.
Грендель внезапно оставил свою позицию поблизости от прикованной к платформе блондинки и метнулся к ближайшему из нападавших, который оказался, то ли слишком нетерпеливым, то ли несколько неблагоразумным, но на несколько ярдов опередил остальных. Произошел быстрый обмен ударами оружия, но, ни один из них не достиг цели. Но вдруг шест поединщика вылетел у того из рук и упал на песок позади Гренделя. Тот медлить не стал и воткнул свое оружие в живот его противника, буквально подняв наколотого кюра над песком, и отбросил его тело в сторону.
— Он силен даже для кюра! — восхищенно воскликнул Пейсистрат.
— Он — больше чем кюр! — заявил Кэбот.
Одновременно, воспользовавшись ситуацией, другой кюр бросился к блондинке, на бегу замахиваясь шестом, намереваясь одним ударом покончить с этим делом. Девушка заверещала. Грендель обернулся и метнул свое оружие, примерно так же, как меньшее существо могло бы бросить копье. Шест вошел в спину угрожавшего блондинке кюра, а вышел из его груди. Зверь споткнулся, и с грохотом рухнул на живот. Выпавшее из его рук оружие зазвенело по цементу слева от испуганного домашнего животного. И в тот же самый момент боковой удар стального прута достиг цели, попав по левой руке Гренделя. Его рука дернулась и повисла плетью, став совершенно бесполезной в бою. Грендель вскочил на платформу, намереваясь подобрать оружие, свой или упавший шест того, кто собирался ударить блондинку. Но между ним и его целью уже стоял один из нападавших, с занесенным для удара оружием.
Грендель присел на песок.
Блондинка отползла на всю длину цепи.
— Он не видит нападающего за его спиной! — простонал Пейсистрат.
— Он видит тень, — сказал Кэбот. — Он знает о нем! Он видит его тень!
— Почему он не двигается? — спросил Пейсистрат.
— Еще не время, — ответил Кэбот, не отрывая глаз от центра арены.
— Тень пропала! — воскликнул Пейсистрат.
— Угол наклона зеркал поменяли, — констатировал Кэбот. — Похоже не все его противники находятся на арене.
— Грендель не осмелится повернуться спиной, — заметил Пейсистрат. — если он это сделает, то противник, что стоит между ним и блондинкой, нанесет удар.
— Он и не собирается поворачиваться, — успокоил его Кэбот. — Они его снова они недооценивают.
— Как так? — удивился Пейсистрат, который, вцепившись в прутья, тоже, не отрываясь, смотрел вниз на арену.
— Они забыли о его слухе, — пояснил Кэбот. — Он у него такой же острый как и у кюров.
Независимо от того, что стало подсказкой, изменение давления лапы на песок, чтобы получить опору для удара, вдох перед нанесением удара, еле различимый скрип ременной сбруи, возможно, даже перемещение ладони по шесту, чтобы на более сухое место, но Грендель отшатнулся и тяжелый стальной шест ударил в песок в каком-то футе от него. Грендель мгновенно вскочил на ноги, обернулся и, захватив удивленного кюра, напавшего на него со спины, выставил его перед собой, как щит между ним и нападавшим, стоявшим около платформы. Тот рванулся было вперед, но теперь остановился с занесенным для удара шестом.
— Почему он не ударил? — спросил Пейсистрат.
— Ему нужен чистый удар, — объяснил Кэбот. — Если его оружие завязнет в песке или в теле другого кюра, оно может быть захвачено Гренделем.
— Он мог бы обезглавить их обоих одним ударом, — заметил Пейсистрат.
— Грендель, пожалуй, мог бы, — усмехнулся Кэбот. — Но я не думаю, что это по силам обычному кюру.
Грендель, медленно поднял левую рука, наверняка, это причинило ему дикую боль, обхватил ей горло кюра, которого он держал перед собой, и мощным ударом кулака в шею переломил тому позвоночник. Таким ударом он мог бы сбить с ног тарлариона. Грендель отпихнул от себя обмягшее тело своего бывшего врага и остался лицом к лицу с шестым поединщиком, и последним из четырех, которые решили нападать вместе.
Седьмой кюр пока не вмешивался, оставаясь сидеть около дальней стены, неподалеку от ворот, через которые он вместе с остальными вышел на арену.
Шестой боец теперь кружил вокруг Гренделя, по-прежнему остававшегося безоружным и не имеющего возможности дотянуться до шеста, поскольку тем самым он подставлялся под удар. Все что ему оставалось, это держаться лицом к противнику, не выпуская его из виду.
Наконец кюр остановился между Гренделем и его домашним животным. Было ясно, что при всем своем желании он не мог повернуться и напасть на блондинку, поскольку тем самым подставил бы свою спину под удар Гренделя.
Они оба присели на песок приблизительно в четырех или пяти ярдах друг от друга и уставились, что называется глаза в глаза.
Спустя некоторое время поединщик снова начал свое осторожное движение, потихоньку смещаясь вбок, по-видимому, желая занять такую позицию, чтобы держать в поле зрения и Гренделя, и его домашнее животное. Его когтистые ноги едва отрывались от песка, возможно опасаясь споткнуться о цементную платформу, расположенную позади него.
