— Если бы их энергетическое оружие не было запрещено в цилиндре, то им было бы ничего бояться, — пояснил Кэбот. — Но оружия у них нет, а эти животные, насколько я могу судить, гораздо страшнее самих кюров, хотя по суше они передвигаются не слишком быстро.
— А в воде? — не отставала девушка.
— Там они грозные хищники, — ответил Кэбот. — Они просто созданы для водной среды.
— Вероятно, это род неких дышащих воздухом рептилий, — предположила она.
— Какой-нибудь дальний родственник тарларионов, насколько я могу об этом судить, — сказал Кэбот.
— За все время мы так и не заметили каких-либо следов пребывания здесь Лорда Гренделя — заметила рабыня, — как и Леди Бины.
— Ты упоминаешь о ней как о Леди? — заинтересовался мужчина.
— Да, Господин, ведь она свободна.
— Мы специально вышли на открытое место, — объяснил Кэбот. — Я хочу, чтобы он нас видел.
— То есть, это не мы будем искать его, а он нас?
— Точно, — подтвердил Кэбот. — И найдя нас, он найдется сам.
— Но при условии что он будет первым, кто найдет нас, — добавила брюнетка.
— Да, — согласился Кэбот, — если именно он окажется первым, кто увидит нас здесь.
— Ведь сюда могут прийти и кюры, — заметила она.
— Вероятно, время от времени, они здесь появляются, — кивнул Кэбот.
— У Леди Бины есть имя, — сказала рабыня.
— Но она свободна, как Ты только что правильно признала. Она назвала себя сама.
— Но я не могу выбрать себе имя, не так ли? — осведомилась брюнетка.
— Разумеется, не можешь, — подтвердил Тэрл. — Ты же — рабыня.
— Бина — красивое имя, — признала она.
— Мне тоже так кажется, — улыбнулся Кэбот.
— Правда, оно кажется несколько коротковатым для имени свободной женщины, — отметила рабыня.
— Возможно, — не стал отрицать Кэбот.
— Помнится на Земле, — продемонстрировала она знание предмета, — рабыням иногда давали говорящие имена, вроде Слива или Вишня.
— Да, но откуда Ты знаешь об этом? — осведомился ее хозяин.
— Я интересовалась такими вещами на Земле, — ответила девушка.
— Ты интересовались изучением характера и жизни рабынь? — уточнил он.
— Да, — пожала она плечами.
— Но, думаю, Ты не ожидала, что станешь одной из них, не правда ли?
— Нет, Господин, — улыбнулась брюнетка. — Какая свободная женщина ожидает, что окажется в ошейнике?
Рабыня некоторое время осматривала окрестности, а потом ее снова начало терзать любопытство и она спросила:
— А у слова Бина есть какое-то значение?
— Не спрашивай об этом, — предупредил ее хозяин.
— Простите меня, Господин, — сказала девушка и вздохнув, добавила: — Бина — красивое имя для красавицы.
— Это, действительно, красивое имя, и, по-своему, ей очень подходящее, — признал Кэбот, — а уж в том, что она — красавица, не может быть никаких сомнений.
— И она красивее меня? — спросила рабыня.
— Конечно, — с совершенно серьезным лицом ответил Кэбот, — разве любая свободная женщина не красивее самой красивой из рабынь в тысячу раз?
— Господин? — растерялась брюнетка.
— Шучу, конечно, — успокоил ее Тэрл. — Разумеется, что работорговцы разыскивают самых красивых из женщин, чтобы сделать из них рабынь, а уже в неволе, хотят они того или нет, их красота возрастает многократно.
— Но она красива, — вздохнула рабыня.
— Да, — не мог признать Кэбот, — и она принадлежит ошейнику.
— Все равно, мне она не нравится, — буркнула брюнетка.
— Вероятно, тебе следует ожидать от нее презрительного отношения, — предупредил Кэбот. — Такие как она относятся к таким как Ты, как грязи под своими ногами.
— Это потому, что я рабыня?
— Конечно.
— Но правильно ли это?
— Абсолютно.
— Однако, я не всегда была рабыней, — заметила бывшая мисс Пим.
— Ты всегда была рабыней, по крайней мере, с того момента, как вступила в возраст половой зрелости, — сказал Кэбот.
— Но не так, как сейчас, когда меня заклеймили и надели ошейник, сделав рабыней полностью в соответствии с законом.
— Согласен, — кивнул Кэбот.
— Мы были соперницами уже в контейнере, — прошептала рабыня.
— Да ну? — делано удивился мужчина.
— Каждая из нас хотела понравиться вам больше другой.
— Но Ты была свободна, — заметил Кэбот.
— В вашем присутствии я была не больше, чем голой рабыней, — призналась брюнетка.
— По твоему поведению это едва ли можно было предположить, — сказал он.
— Там в контейнере, — решилась признаться девушка, — я впервые начала смотреть на себя как на ту, кем я в действительности была, как на женщину и рабыню.
— Интересно, — кивнул Кэбот.
— Она, по крайней мере, — обиженно сказала рабыня, — одета в красоту своего имени!
— Это, действительно, по-своему красивое имя, — согласился Кэбот.
— А у меня нет никакого имени, — надула она губы. — Я — неназванная рабыня.
— На данный момент, — уточнил Кэбот.
— Неужели я не могу выбрать себе имя?
— Нет.
— А Вы планируете как-то назвать меня, Господин?
— Я могу об этом подумать, — улыбнулся Кэбот.
— Я должна надеяться, что имя, которое мой господин даст мне, если он хочет называть меня, будет ему приятно.
— Возможно, — задумался он, — я назову тебя «мисс Вирджиния Сесилия Джин Пим».
— Но это же не имя рабыни, — опешила брюнетка.
— По крайней мере, не было им до сего момента, — заметил Тэрл.
