Теперь и Кэбот смог услышать удивленные крики с явно вопросительными интонациями.
— Они оборачиваются! Они озадачены, — прокомментировал Лорд Грендель. — Они не знают друзья это или враги! Они ничего не понимают! Возможно, думают, что это подкрепление, усиление их численности!
Внезапно тишина взорвалась криками ярости и треском выстрелов. Тьму снова разрубили яркие полосы огня.
Кэбот слышал звуки борьбы, крики схватки, шипения выстрелов, звона сталкивающейся стали. Где-то выше по склону топоры разрубали плечи и плоть.
— Вперед! — заревел Лорд Грендель. — Выходим из траншей! В атаку! В атаку, братья кюры!
Его крики были подхвачены и переданы из траншеи в траншею. И вот уже, Кэбот и остальные люди, смущенные и изумленные, поняли, пусть были не в состоянии видеть этого, что могучие тела с воем и воинственными криками выскакивают из траншей.
Где-то спустя четверть ана, снова постепенно начало светать. Рутина Мира, подчиняющегося своим таймерам, на некоторое время выпавшим из привычных схем, вернулась к своей нормальности.
Кэбот и другие люди, с любопытством озираясь, начали медленно выбираться из траншей, и прокладывать себе путь по мягкой, вспаханной, пропитанной кровью земле, по высушенной почерневшей траве, переступая через валяющееся тут и там оружие, обходя упавшие, разбросанные тела, искалеченные и перекрученные, некоторые опаленные огнем, другие разрубленные. Тут и там лежали раненые кюры, стеная и истекая кровью. Кое-где уже стояли линии угрюмых разоруженных кюров, скованных цепями.
Наконец, Кэбот нашел Лорда Гренделя.
— Это — победа, не так ли? — спросил он.
— Прилив закончился, и течение повернулось в обратную сторону, — сказал Грендель. — Парни из тех лагерей, выжившие после поражения флота, теперь с нами. И их сотни, и они вооружены оружием наших противников. Теперь Лорд Агамемнон в обороне. Впервые мы можем надеяться на успех.
— Я рад, — улыбнулся Кэбот.
— Это тебе, мы обязаны этой победой, — сказал Лорд Грендель.
— Я сделал лишь, то что советовал мне Ты, — отмахнулся Кэбот.
— Но именно тебе Лорд Арцесила вручил свое кольцо, — напомнил Грендель.
— И я до сих пор не понимаю, почему он отдал его мне, а не тебе, — признался Кэбот.
— Ты был идеальным герольдом для его надежд, — объяснил Лорд Грендель. — Разве не Ты был своего рода доказательством того, что между союзниками, кюрами и людьми, могли бы быть дружеские отношения? Также, Ты мог дать ясно понять ценность человеческих союзников и характер наших общих интересов. То, что с этим видом можно было объединиться, казалось большинству кюров поразительным, и еще более их поразило то, что такой мезальянс мог оказаться плодотворным. Кто, в таком случае, лучше всего подошел бы для этой цели, как не человеческий воин, принесший кюрам кольцо Арцесилы, самого могучего из кюров, самого могущественного из противников Агамемнона?
— Подозреваю, — не без сожаления сказал Кэбот, — что они, скорее всего, были бы пристыжены, стоять перед таким же кюром как они, пришедшим с той же ролью, обладавшим гордостью и статусом, не разделившим их позора и унижения. Боюсь, только непритязательный человек вроде меня, мог бы оказаться тем посетителем их большого лагеря, в котором они ждали веревок или ножей, которого они могли бы послушать.
— Кроме того, — хмыкнул Грендель, — при всем моем уважении, я подозреваю, что немногие из кюров захотели бы пачкать себя такой миссией, контактом с побежденными, недостойными, опозоренными и павшими.
— Это произошло из-за кольца, — пожал плечами Кэбот, — только благодаря ему, мне позволили войти в их большой лагерь, привлечь их внимание, удостоверить мои полномочия говорить и агитировать от имени Лорда Арцесилы.
— И у тебя все получилось, друг Кэбот, — подытожил Лорд Грендель.
— Но это твои последующие контакты с их представителями, тайно пробравшимися к нам, обеспечили их вмешательство в дела Мира.
— Мы дали им возможность, если не искупить их вину в их собственных глазах, — сказал Лорд Грендель, — то, по крайней мере, помочь миру.
— Боюсь, что многие все еще чувствуют себя обязанными подчиниться веревке или ножу, — вздохнул Кэбот.
— Но это безумие, — сказал Лорд Грендель, — хотя, следует признать, что мое мнение по этому вопросу может быть не больше, чем доказательством моей слабости, колебанием обусловленным человеком во мне.
— Я попытался убедить их, — объяснил Кэбот, — что поражение в битве, хорошо проведенной, нельзя считать позором.
— Ну и как, получилось?
— Боюсь, что нет.
— Тогда что привело их в эту долину?
— Честь и уважение к Лорду Арцесиле, — ответил Кэбот.
— Они — кюры, — с гордостью заявил Лорд Грендель.
В этот момент к Лорду Гренделю и его человеческому союзнику Тэрлу Кэботу присоединился Статий. В руке он сжимал тяжелый кюрский топор, оба лезвия которого, были покрыты кровью. Статий, как другие кюры из траншей, отвел душу на поле боя. Сторонники Агамемнона были не только захвачены врасплох, но и попали под удар с двух сторон, оказавшись словно между молотом и наковальней, между выжившими из экипажей кораблей и повстанцами под командованием Лорда Гренделя.
