Хината поглядывала на людей, терпеливо ждущих решения своей участи, и не могла поверить, что об этом она когда-то всерьез мечтала. Именно мечтала. Закрывала глаза вечерами и представляла, что она – простая девочка, вовсе не Хьюга. Что она учится в обычной школе и понятия не имеет о холодном оружии, тонкой леске, каналах чакры, проникающем ударе. Никто не тренирует ее по утрам, а просто целует в щеку и кормит завтраком. Никто не бинтует ее раны, не обрабатывает царапины, не помогает с дзюцу, а просто покупает мороженое и гладит по голове.
И вот об этом она мечтала?! Об этом?! Жаться, как насекомое, в темный угол, ожидая, прихлопнут тебя или нет. С ее глазами, ее кровью, ее чакрой, созданной, чтоб быть смертельным ядом для тела врага… Как она могла быть такой глупой! Она же рождена, чтобы быть ниндзя!
Хината засмеялась. Придушенно захихикала в кулак. На нее смотрели как на сумасшедшую.
Плевать. Впервые в жизни ей было плевать, что про нее подумают окружающие. Через несколько секунд порыв ушел, и стало неловко. Пожалуй, ей никогда не перебороть себя до конца. Пусть стеснительность остается. Но беспомощной обузой Хьюга Хината больше не будет. Никогда!
Через несколько душных мучительных часов ожидания чунины распахнули двери и сказали, что можно выходить.
Коноха выстояла.
Люди торопливо шли на воздух, с тревогой и любопытством осматривали панораму деревни. Хината осталась одной из последних. Не хотела толкаться в толпе. Она подняла было руки – и замерла в нерешительности. А что если кого-то… убили? И она, разыскивая близких, будет натыкаться взглядом на трупы знакомых? Нет, все равно уже все кончено. Плохие новости в любом случае не заставят себя ждать.
Она вышла на воздух и смотрела, как над кварталами то там, то здесь поднимается дым от пожаров. Масштабы разрушений ужасали. Кварталы, ближайшие к воротам, были особенно сильно повреждены. На крыше одного из зданий стадиона вырос самый настоящий лес.
Кто-то бежал наверх по лестнице, против потока людей, спешащих осмотреть свои дома и оценить ущерб.
«Неджи», – стукнуло сердце.
- Хината-сама! – Кё стремительно преодолел последний пролет лестницы. – Как вы?
Хината улыбнулась и кивнула. Как она? Она сидела в убежище, а он сражался. И он спрашивает у нее, как она… Когда-то ей было приятно, что все носятся с ней, как с хрустальной, но сейчас это еще раз подчеркнуло ее беспомощность. Хината впитала в себя эту боль, стараясь почётче запомнить ее острый укол. Больше не будет такого. Однажды она станет сильной и сама будет спрашивать у своих соклановцев, как они.
- Как все? Отец, Ханаби?
- Пойдемте, расскажу по дороге. Меня за вами прислал Хиаши-сама.
Они стали спускаться по лестнице.
- В клане потерь немного. Я слышал только о двоих чунинах. Всех детей и стариков успели эвакуировать. Нам повезло. Змея Орочимару напала прямо около ворот. Наш квартал не пострадал вовсе. Успели всех вывести и встретить врагов с хьюговским радушием, – гордо улыбнулся Кё. Хината тоже улыбнулась. Значит, ее дом цел и весь квартал тоже. Хорошо.
- А вот центральную часть покромсали знатно. И еще… Третий погиб.
Хината остановилась.
- Третий Хокаге?
- Да. Орочимару и он сражались вон там… – Кё указал на странные заросли на крыше стадиона. – Третий что-то сделал с ним, и поганцу пришлось убегать с помощью своих приспешников, но Сандайме, к сожалению…
- Ясно.
Они торопливо пробирались к кварталу Хьюга, обходя места самых жарких сражений, заваленные обломками и залитые кровью. Хината, глядя на улицы, мимо которых торопливо шла, отмечала растерянных, напуганных людей, пытающихся разобраться, безопасно ли входить в поврежденные дома. Поваленные столбы, кирпичи, куски кровли, кровь. Но не было тел.
Прибрались – поняла Хината. Унесли тела, прежде чем выпускать гражданских из убежищ. Поэтому они и просидели там лишних пару часов. Боятся паники. Щадят. Разумно.
Кё не обманул. Их квартал действительно был не тронут. Рядом с воротами аккуратной кучей лежали тела, накрытые большим куском брезента.
- До нас пока не добрались АНБУ. Они прибирают тела с улиц, много работы в кварталах, где больше разрушений. В первую очередь очищают гражданские кварталы, а мы… Мы, так сказать, свои люди, потерпим, – пояснил Кё. Хината видела смерть. Но такой горы тел – человек двадцать, не меньше – не видела никогда. Она словно зачарованная смотрела на выглядывающие из-под брезента ботинки и кисти рук. – Идите домой, я должен бежать на стену. Сегодня нас всех, кто видит достаточно далеко, выставляют в дозор. Нужно смотреть вовсю, чтоб никто не подобрался незамеченным. Второй атаки Коноха не выдержит.
