Хината послушалась. Ее встретила Ханаби и Кам. Весь вечер под руководством старой няньки они готовили лечебные порошки и мази. Хината бегала в теплицы, Ханаби – за водой. Потом Кам отправила Хинату зажечь фонари на улице. Квартал стоял покинутый и тихий. Детей уже уложили спать, а все взрослые были где-то там, на стенах, вглядывались прозрачными глазами без зрачков в темную лесную чащу. Хината зажигала желтые фонари, привычные с детства. Каждый вечер они горели на улочке, что шла от ворот квартала к дому главы клана. И даже разгром Конохи не смог помешать им гореть. Задувая лучинку, Хината смотрела на притихшие дома и про себя клялась, что если станет главой клана, ни за что не позволит этой традиции исчезнуть. Фонари в квартале Хьюга всегда будут гореть.
Уже далеко затемно они с Ханаби отнесли все препараты в госпиталь. Сестра ежилась и незаметно старалась держаться поближе к Хинате, когда они возвращались по темным улицам. Сегодня в Конохе было шумно. Работа кипела даже ночью, под светом временных фонарей и под гул работающих генераторов.
- Отец не позволил мне сражаться, – угрюмо сказала Ханаби. – Я сидела вместе с малышней и Кам, как беспомощная курица!
Хината погладила ее по голове и, не удержавшись, чмокнула в макушку.
- И ты еще! – отстранилась младшая сестра. – Хватит уже со мной как с ребенком!
- Я тоже сидела с гражданскими, если тебя это утешит, – сказала Хината, пнув небольшой камушек, попавшийся на дороге.
- Да ты ведь больна, – не поддалась Ханаби. – Да и вообще ты… – она умолкла.
Хината сжала губы и быстрее пошла вперед.
- Хината! Я не о том! Ты… в смысле… – сестра догнала и поймала ее руку, снова подлаживаясь под шаг Хинаты.
- Мне плевать, что там говорит отец. Я думаю, ты - отличный ниндзя. Правда! Просто тебе нужно больше работать, чем остальным, вот и все.
Хината, помедлив секунду, сжала ладонь сестры.
- Я знаю, – с мрачной решимостью сказала старшая Хьюга.
Настороженная тишина леса, выкрики рабочих и грохот. Мимо деловито промчалась собака в бандане с эмблемой листа. Встретился Киба, работающий с Акамару на завалах. Искали выживших, проверяли обрушившиеся в крошево дома и магазины. Хината с Ханаби пошли с ним и быстро проверили разрушенную забегаловку. Три трупа. Можно работать техниками, не боясь ненароком убить выживших. Джоунины вместе с простыми рабочими разбирали завалы, оценивали состояние зданий. Фонари тут и там горели ярким светом, выхватывая силуэты, удлиняя тени до нереальных размеров. Хината поежилась от холода, и они отошли подальше, когда АНБУ в маске начал складывать печати.
- А ты… - прошептала Ханаби, когда они остановились, глядя, как почва бурлит, проседая, утягивая в себя строительный мусор и остатки стен. – Испугалась, когда тебя похитили?
Хината помолчала секунду.
- Я сначала не поняла ничего. Мне просто стало плохо. А потом, когда очнулась, уже и не успела. Тут же появился Киба. А потом Кё, отец и Неджи. Понеслись обратно в деревню, а там… все это. Только там Неджи мне объяснил, что у нас война, пока вел в убежище. Как-то всё… слишком быстро. А вот сейчас - да. Сейчас страшно.
Ханаби понимающе кивнула.
- Гады эти оба мертвы. Одного Неджи сделал, второго - отец. Он сказал, что Облако не в первый раз уже за бьякуганом охотится. Скоты. Сама бы убила, веришь?
Хината посмотрела в чуть прищуренные глаза Ханаби и кивнула. Верила. Потому что, будь на ее месте Ханаби, она тоже убила бы, не раздумывая. Отец убил за нее человека. Неджи убил за нее человека. Чувство эгоистичной животной защищенности и благодарности затопило Хинату с головой. Киба махнул им рукой, показывая, что они больше не нужны.
- Пойдем домой, – потянула Хината Ханаби за руку, и сестра кивнула.
Хината встала еще до рассвета. Водопровод повредили, воды не было во всей деревне. Служанок тоже не было, все разбежались по домам, по родне, по больницам. Хината сама принесла несколько ведер с колонки в дом, а потом в купальню за домом. Кое-как нагрела ее на печи и торопливо помылась, стуча зубами. Она не сильно жаловала эту купальню, которую обожал отец. Всегда предпочитала душ в комнате. Но сегодня выбирать не приходилось. Тащить воду сюда, греть ее на печке, а потом нести на второй этаж? Нет уж.
Завернувшись в легкое домашнее юката, Хината торопливо растерла волосы полотенцем и пошла к дому. Шлепки стучали по пяткам, ткань прилипла к телу. Холодная утренняя дымка клубилась в саду, превращая его в сказочное незнакомое царство. Хината стряхнула росу с ветки шиповника и смотрела, как блестящие капли падают в траву. Она всегда болезненно остро чувствовала красоту мгновения и сейчас вдыхала холодный утренний воздух всей грудью. Тихо, сонно, зябко. Ее волосы прилипли к шее, и холодная капелька скатилась за шиворот, заставляя ее вздрогнуть и со смешком почти бегом кинуться к дому. На ступеньках веранды у черного входа сидел Неджи. Он осторожно снимал с ноги синюю сандалию.
