– Эй! Серпаи, мы знаем, что ты любишь высокие температуры и не боишься получить солнечный удар, но мы просто подыхаем от жары! Тебе не кажется, что пора остановиться и попить? – прорычала Клеа, обращаясь к змею.
– Какой толк с ним говорить? Ты же прекрасно знаешь, что он тебя не понимает, – отозвалась Майя.
На самом деле волчица сомневалась, мог ли Ван вообще их понять. Он родился ёкаем, но во многом вёл себя как человек, а не как один из них. Как и двуногие, он был эгоистом, думал только о своих желаниях, а главное: у него не было никаких моральных ценностей, никакого идеала, никакого уважения к наследию, оставленному создательницей, ничего, кроме насущных задач, которые нужно выполнить.
– И что будем делать? – спросила Клеа.
Майя огляделась. После того как они превратились, вороны загадочным образом исчезли, а без Нэл они не могли даже попросить птиц отвести их к ближайшему озеру, колодцу или реке. Солнце нестерпимо жгло спину.
– Не знаю, можно завернуть в какую-нибудь деревню.
– Опять придётся красть одежду! – заскулила Клеа.
В отличие от людей, ёкаи не видели разницы между телом, покрытым мехом, перьями или чешуей, и телом, лишённым всяких покровов. Одежду они носили только в очень холодные дни и чтобы не смущать людей, поскольку тех по какой-то необъяснимой причине ужасно шокировала нагота.
Майя тихо заворчала.
– У тебя есть идеи получше?
– Но сейчас и так жарко! Ещё и одежду надевать! – провыла Клеа.
– Жарко или нет, люди голышом не ходят.
– Ага, а лучше бы ходили! – Клеа никак не могла смириться со своей участью.
Майя проигнорировала сетования подруги и огляделась.
– Эй! Смотри! Думаю, там есть дома! – воскликнула она.
Вдалеке и правда виднелся ряд крыш.
– Предупреждаю: я отказываюсь надевать эти ужасные людские платья!
– Тогда укради себе какие-нибудь штаны! – ответила Майя и помчалась к домам.
Мужчина восторженно наблюдал за двумя девушками, которые наполняли фляги водой из фонтана. Конечно, они были странно одеты (одна вообще была в мужских штанах и рубахе), но это нисколько не умаляло их очарования. В последнее время вокруг творились такие тёмные дела, что у двух столь нежных и хрупких созданий было мало шансов выжить, уж точно не без отцов или братьев, способных защитить их от чудовищ. Ох уж эти проклятые ёкаи!
– Эй, малышки, вы не должны разгуливать тут в одиночку! Вы ведь не здешние, я прав?
Майя оторвалась от воды и повернулась к окликнувшему их человеку. Высокий, широкоплечий, краснощёкий, в испачканном мукой фартуке – наверняка пекарь или мельник.
– Да, мы не отсюда, – ответила Майя.
– Тогда поскорее возвращайтесь домой, к своей семье! Юным девицам вроде вас не следует путешествовать одним, особенно в такое время!
Клеа пожала плечами.
– В какое время?
– Что? Вы разве не знаете о нападениях чудовищ?
– Чудовищ?
– Ёкаев! Люди из деревни Гармет – это дальше на севере – встретили на дороге двух гигантских волков и змея. Говорят, они сожрали сотни женщин и детей!
Майя, успевшая отхлебнуть из фляги, выплюнула воду.
– Что?
– Точно вам говорю! – заверил их пекарь.
Клеа не смогла сдержать смех.
– Сотни женщин и детей? Правда?
– Правда! Вот почему нужно соблюдать осторожность и выходить из дома как можно реже, – ответил пекарь, горячо кивая.
– Превосходный совет. Мы обязательно подумаем над этим, – весело сказала Майя.
Пекарь пошёл прочь, но потом, очевидно, передумал и вернулся к девушкам.
– Ах да, не знаю, откуда вы пришли, но если двинетесь дальше на юг, смотрите, не приближайтесь к лесу зверя!
Майя вскинула брови.
– Лесу зверя?
– Да, к тому, что тянется вдоль мёртвых земель. Держитесь от него подальше и ни в коем случае не заходите в чащу!
– Почему? – Клеа улыбнулась уголком рта. – Этот зверь тоже ест женщин и детей?
– О, это уж наверняка! – серьёзно кивнул пекарь.
В его глазах мелькнул страх. Затем он пошёл своей дорогой.
– Люди очень странные, не находишь? – вздохнула Клеа.
Майя решила, что у двуногих чересчур богатое воображение. Надо же, что выдумал, сотни женщин и детей! За кого люди принимают ёкаев? За людоедов?
– Да уж, это точно, – согласилась Майя. – И что это за история про лес зверя?
– Понятия не имею. Хотя, по-моему, это такая же сказочка, как и история про людей, которых мы с тобой сожрали! – со смехом ответила Клеа.
– Ну что, этот тип наконец-то оставил вас в покое? Я уж думал, он никогда не уйдёт! – проворчал Ван, появляясь рядом с ними словно из ниоткуда.
Затем, не в силах больше сдерживаться, змей погрузил голову в фонтан и стал пить большими глотками.
Мика сидел за кухонным столом и за обе щеки уплетал большой кусок кабанины, а Хоуп наблюдала за ним округлившимися от изумления глазами.
– Ты что, правда всё съешь?
Не переставая жевать, Мика кивнул.
– Тебе же станет плохо! – встревожилась Хоуп.
Йолан рассмеялся.
– У маленьких тайганов зверский аппетит!
– Тогда они, наверное, много охотятся, – важно заметила Хоуп.
– Могу я войти? – раздался вдруг голос от входной двери.
Йолан прищурился и крикнул, не вставая со стула:
– Нет!
Проигнорировав холодный приём, Малак вошёл в кухню с улыбкой на губах.
