– Это моё! – запротестовал тигрёнок.
– В стае мы охотимся вместе и делимся друг с другом, – терпеливо объяснил Малак.
Мика посмотрел на него своими большими глазами.
– Правда? А у нас всё совсем не так…
– Ну, а у нас так! – хихикнула Хоуп.
Она показала мальчику язык и вошла в дом.
– Привет.
Шесть пар глаз тут же уставились на Майю.
– Майя! – хором завопили Хоуп и Мика, бросаясь к волчице с широко разведёнными руками.
– Тише-тише, мелкие хулиганы, спокойно, вы мне кости сломаете! – прыснула Майя, стараясь не застонать от боли.
Некоторое время Малак с умилением наблюдал за этой сценой, потом повернулся к Йолану.
– Твоя дочь вернулась живой и здоровой. Ты успокоился?
Йолан кивнул.
– И что теперь? Что собираешься делать? – спросил старый шаман.
– Через час должен собраться Совет, – лаконично ответил волк.
Шаман широко улыбнулся.
– Жду не дождусь.
– Я тоже…
Нэл подлетала к дому, пытаясь справиться с разъедающим душу страхом. На этот раз сломанным крылом она не отделается: Айон вырвет ей глаза или сделает ещё что похуже. Однако, несмотря на терзавшую её панику, мешавшую рассуждать здраво, юная орлица знала, что выбора у неё нет. Нужно предупредить клан. Нэл должна рассказать сородичам обо всём, что узнала. Она должна сообщить орлам об угрозе, исходящей от людей.
– Где ты была?
Айон выглядела величественной и грозной, как никогда. Длинные иссиня-чёрные волосы обрамляли её лицо, выгодно оттеняя жемчужно-белую кожу, а её пронзительный взгляд, казалось, мог испепелить на месте.
Нэл глубоко вздохнула и подошла к матери.
– В мёртвых землях. И, прежде чем ты скажешь или сделаешь что-либо, мне хотелось бы, чтобы ты меня выслушала… На кону стоят наши жизни…
Когда Майя вошла в зал Совета, старейшины о чём-то оживлённо спорили.
– Она больше не член стаи! – рычала Туи-Лу, старая волчица с белыми как снег волосами. – Мы не должны…
– Мы уже согласились её выслушать! Или ты хочешь забрать данное слово? – угрожающе проговорил Малнис, слепой чернокожий старик.
– Я согласен с Туи-Лу, – заявил Тандом, старейшина с круглым животом и выпученными глазами. – Почему мы должны слушать эту предательницу? Она больше не одна из нас!
– Вам не кажется, что уже поздно менять решение? – вмешалась Майя.
Она произнесла это достаточно громко, чтобы все услышали.
В зале мгновенно воцарилась глубокая тишина. Взгляды всех собравшихся обратились к молодой волчице.
– Знаете, уходя из дома, я твёрдо решила никогда не возвращаться, хоть понимала, как это бесчестно и трусливо с моей стороны. Я ваша принцесса, наследница своего клана и отказываюсь уклоняться от своих обязанностей. Особенно сейчас, когда мой народ в опасности…
Гораций, темноглазый волк лет сорока, поднял брови.
– О чём ты говоришь?
Туи-Лу усмехнулась.
– Не слушайте её, девчонка готова плести любую чушь, лишь бы обратить на себя внимание! На самом деле…
– Заткнись, сумасшедшая старуха! Заткнись, или клянусь, я убью тебя! – рявкнула Майя.
Она издала такой ужасающий рёв, что стены содрогнулись.
Глаза молодой волчицы блеснули золотом, и от неё расползлась такая энергия, что у присутствующих мурашки побежали по коже. Майя буквально излучала власть. Впервые она, казалось, полностью осознала свою внутреннюю силу. Теперь все взирали на неё с испугом, как зачарованные.
– Она скоро превзойдёт тебя, – прошептал Малак на ухо Йолану.
Глава стаи улыбнулся.
– Очень может быть.
– Я знаю, у моего отца есть враги среди вас, но не советую вам считать меня его слабостью. Клянусь, вы об этом пожалеете, – снова прорычала Майя.
Она поочерёдно смерила всех старейшин грозным взглядом. Члены Совета неодобрительно зашептались, но тут Йолан вскочил с места и стукнул кулаком по столу.
– Я приказываю вам выслушать это дитя! Если вы не согласны с тем, как я управляю стаей, бросьте мне вызов! Бросьте мне вызов, но я больше никогда не позволю вам использовать свою дочь как оружие против меня! Ясно?
Почти все старейшины отвели глаза. Все благоразумно хранили молчание. Малнис, старый слепой волк, широко улыбнулся.
– Ты полностью завладела нашим вниманием, юная волчица. Говори, мы тебя слушаем.
Ван, Бреган и Кук спрятались на территории людей, недалеко от границы с землями тайганов, и теперь ждали наступления ночи. Охватившее их нервное возбуждение было почти физически ощутимо. В воздухе витало электричество, как перед грозой.
– Почему мне только двоих? – спросил Ван, состроив недовольную гримасу.
– Нечего жаловаться, у меня тоже только двое, – проворчал Кук.
– Я же вам говорил: мы не собираемся истреблять весь Совет, убьём только тех, кто поддерживает моего дядю, – сухо ответил Бреган.
– Это глупо. Если у тебя дома муравейник, нужно раздавить не только матку, но и всех муравьёв, – возразил Ван.
Бреган нахмурился.
– Так ты поступил? Поэтому твой Совет никогда не оспаривает принятые тобой решения?
Ван пожал плечами.
– Два года назад я в самом деле убил короля… Думаю, это существенно упростило дело.
