Меня прямо заклинило на том, что надо пробиться в дом к сестрам. Наверняка там найдется зацепка, которая свяжет эту девушку с Розой.
Лоис неохотно, но согласилась. Я почувствовала укол совести, но от него отмахнулась.
Сестры занимали квартиру на нижнем этаже, за обшарпанной дверью, рядом с которой к стене была прибита форма для выпечки, в которую почтальон бросал письма.
Лоис осторожно постучалась.
– Это Лоис Накасонэ. Я принесла своего новенького котенка, может, Бетти захочет с ним познакомиться.
Дверь слегка приоткрылась.
– А, Лоис, – сказала старшая, Элейн. – Нет, не думаю, что сейчас время…
– Я хочу посмотреть на котенка! – донесся изнутри голосок Бетти, тихий и тоненький.
– Ну, тогда ненадолго.
Нам открыли дверь и впустили в однокомнатную квартирку с выцветшими розовыми обоями. Одежда на крючках развешена по дверям, трубам и стенам. В кухонном отсеке – газовая горелка и маленький облупленный холодильник. На низком столике – две тарелки, кухонная утварь, кастрюля и сковородка. Не заметив ни раковины, ни ванной, я решила, что в этом доме они, наверное, общего пользования.
При виде котенка бледное личико Бетти просияло. Темно-каштановые волосы, похоже, ей стригли дома: челка неровно свисала на лоб. В общем, сущее дитя, ничего общего с той природной стихией, которой была Роза. Если их что-то объединяло, так только то, что обе они – нисейки, которых занесло далеко от родного дома.
Две девочки, Бетти и Лоис, уселись на кровать – кровать была только одна – и принялись дразнить Крокетта шерстяной ниткой.
– Я Аки, – представилась я. – Подруга Арта.
Элейн, чьи волнистые волосы были собраны в хвост, представилась тоже. Поскольку сесть было некуда, разговаривали мы стоя.
– В каком лагере вы были? – спросила я.
– Минидока. Это в Айдахо. А до этого – в лагере Хармони.
– Где это?
Лагерь под именем “Гармония” на слух казался посимпатичней остальных десяти.
– Ну, до войны это был ярмарочный комплекс в Пуйаллапе, недалеко от Сиэтла. В сорок втором году его переоборудовали в сборочный центр, и нас там держали, пока не достроили лагерь в Минидоке.
Ярмарочные площади и ипподромы – это были места временного содержания, которых нашей семье удалось избежать благодаря тому, что мы отправились прямиком в Манзанар.
Оказалось, что сестры родом из Сиэтла.
– У нас есть родственники в Спокане, – сказала я. – Но ведь это, кажется, к Сиэтлу не так уж и близко?
– Спокан тоже в штате Вашингтон, только в другом углу, – сказала Элейн, но без всякого пренебрежения к Спокану.
Похоже, ей было приятно поговорить о своем родном штате и о разнице между его столицей на берегу Тихого океана и городком на равнине, где вокруг сплошь кукурузные поля.
– Вы ведь сестра Розы Ито, да? – Элейн вгляделась в меня, словно пыталась найти сходство. – Я вам очень сочувствую.
– Да, это ужасно тяжело.
– Могу себе представить.
– Но она не убивала себя, – добавила я. – Я знаю, что люди говорят, будто убила. – Я стиснула кулаки, как если бы готовилась прыгнуть с трамплина в глубокий темный бассейн. – Но на самом деле кто-то надругался над ней. Еще до того, как ее сбил насмерть тот поезд метро.
Элейн распахнула глаза. Радужки у нее были светло-карие, как янтарь.
Теперь, когда я прыгнула, пути назад не было.
– Он надругался и над другими. – И я перевела взгляд на Бетти.
Элейн отшатнулась, точно совсем рядом вспыхнул огонь. Она отлично поняла, на что я намекаю.
– Я думаю, вам лучше уйти.
Тон ее сделался не столько резким, сколько непреклонным. Она посмотрела мне прямо в глаза, и не осталось сомнений, что она предельно серьезна.
– Лоис, нам пора, – сказала я.
– Уже? – огорчилась Бетти, и мне стало чуточку легче от того, что наш визит доставил удовольствие хотя бы младшей сестре. Лоис, изловив верткого Крокетта, прижала его к груди и встала.
– Мы не рассчитывали так задержаться. Арт уже вернулся, наверное, да, Лоис?
Та, почуяв неладное, кивнула и направилась к выходу. Элейн попрощаться не снизошла и, как только мы переступили порог, хлопнула дверью.
На улице вовсю кипела игра в кикбол. Пикап Накасонэ стоял на подъездной дорожке, а Арт ждал нас на тротуаре.
– Мы навестили Бетти, – держа Крокетта поперек живота, сказала Лоис.
– Бетти? – Арт нахмурился.
– Аки подумала, что Крокетт подбодрит Бетти, и знаешь, она оказалась права.
Арт, по виду недоумевая, собрался было что-то сказать, но смолчал. Похоже, он впервые усомнился во мне; но, подобно серым тучам над Чикаго, сомнение быстро развеялось, по крайней мере на время.
