CAL FIRE — Я уничтожил его. Попробовал Nwodo. Попробовал Shupfer. Оба вызова провалились.
Люк умрет через три минуты. Я был в пятнадцати минутах.
«Позвоните Сезару Риго».
Скрипучий звон.
«…Заместитель. Я не ожидал услышать от вас снова так скоро».
«Мой брат не убивал Рори Вандервельде, — сказал я. — Его похитили те, кто это сделал. Они используют его как приманку для меня. Я собираюсь встретиться с ними сейчас. Мне нужна поддержка».
«Вы, конечно, должны согласиться, что необходимы дополнительные доказательства».
Он распадался на части, слова трещали, как сломанные кости.
«Позвони Делайле Нводо. Она поручится. Она набирает команду, но я не знаю, сколько времени это займет. Конечная точка — к востоку от Ливермора. Я посылаю карту. Автострада — полный отстой. Я ехал по обочине. Просто приезжай сюда. Пожалуйста».
Карта начала передаваться.
Индикатор выполнения остановился на полпути.
«Риго, — крикнул я. — Ты меня слышишь?»
Электронный хэш.
Высоко вдоль хребта ряд ветряных турбин вращал своими гигантскими руками сквозь потоки дыма. Мой телефон отказался от попыток отправить карту и высветил красный восклицательный знак. Впереди резкий поворот, двадцать миль в час, я взял его на скорости пятьдесят, гравий обрызгал ограждение, я выпрямил руль как раз вовремя, чтобы не вылететь с края мира и не плюнуть в расщелину в скале, дорога сузилась до нуля, я прижался к склону скалы, а подо мной в земле открылась прореха, крутой террасный овраг, длиной в мили, кипящий дымом. Ветер терзал склоны, изнуряя еще тысячи турбин, пришитых к грязи, словно души проклятых, мечущиеся в отчаянии, запертые между этим и нигде рвом огня.
Часы показывали 6:53. Мой брат умер.
Земля позади меня сомкнулась, уклон резко пошел вниз, и я пробежал сквозь ряд электрических опор и высоковольтных линий, которые вывели меня из холмов на край огромной, окутанной дымом равнины.
Я все еще снижался, но постепенно. Какая-то случайность топографии заглушила ветер и вызвала скопление дыма, шерстяной злокачественности, которая низко свисала, затмевая луну и звезды и приглушая далекий свет пожаров. Я приземлился в углублении. Дым окутывал машину. Я захлопнул вентиляционные отверстия, но чувствовал запах, который струился внутрь. Он неумолимо проникал в мои пазухи, мои глаза слезились. Видимость падала и падала снова. Я петлял по полосам гула, ориентируясь как по телефону, так и по
взгляд. Карта показывала, что я проезжаю через ранчо, но я не увидел никаких признаков жизни, ничего, кроме дымовых завес, колючей проволоки и полос сухой травы.
Стойки маршировали со всех сторон. Армия скелетов, у которой были видны только ноги, сходилась в одной точке: гигантской электроподстанции в четырех милях отсюда.
Булавочная головка лежала прямо за ней, на углу Миллар-Ранч-роуд.
Было 6:59. Мой брат был мертв уже шесть минут.
Я промчался мимо заброшенной стоянки для сотрудников. Подстанция маячила. За бетонными стенами башни и трансформаторы ощетинились дымом. Я выехал на последний участок, преследуя дым, который дразняще кружился вверх и прочь.
Перекресток принял форму. Я приготовился к пуле. К сломанному телу Люка на дороге.
Я резко остановился.
Булавочная головка была прямо здесь.
Я ничего не видел. Никого.
Дым лизнул асфальт.
Я проверил свой телефон: 7:02.
Нет приема.
Прежде чем потерять связь с сетью, приложение карты загрузило пункт назначения и части окружающей местности. Я вывел спутниковое изображение и сопоставил его особенности, насколько мог, с тенями по ту сторону стекла: голые холмы на севере, проселочная дорога, извивающаяся на восток к границе округа, подстанция за моей спиной.
Дорога Millar Ranch торчала, как шип, пронзая юго-восток на полмили, чтобы закончиться у группы строений с дырами в крышах. Millar Ranch. Больше не ранчо. Выгоднее сдавать землю в аренду энергетической компании. Подпорки прорастали, как причудливые изгои, на полях сорняков высотой по грудь.
Я надел жилет и зарядил SIG Sauer.
Взял нож, фонарик, маску и вышел из машины, не выключая двигатель.
Вонь была мгновенной, едкой и интенсивной. Она скапливалась, как масло, в моих легких. Я начал неконтролируемо кашлять. Звук замер в дюймах от моего
лицо, как будто я кричал под водой. Десятки входящих линий электропередач тянулись над головой. Я не мог их видеть сквозь дымку, но я мог слышать шипение. Все волосы на моем теле встали дыбом.
Я моргнул слезами, выкашлял грязь, прищурился. Зеленоватая пелена прожекторов подстанции просочилась на поля и канула в небытие.
Вдоль Миллар-Ранч-роуд мусор был разбросан по обочине. Частицы кружились в луче фонарика. На фанерном знаке было написано «ТУПИК». На бесхозном столбе забора висела хозяйственная сумка с узловатыми ручками.
Дым толпился, словно безмолвный враг.
Я направил фонарик на сумку. Это был Target, красный логотип — проколотая рана.
Что-то внутри его натягивало.
Я медленно пополз вверх.
Мое имя было написано на пластике, покрытом пеплом.
Там может быть взрывчатка. Она может взорваться, если я открою сумку. Если я подойду достаточно близко.