Магия слишком медленно перетекала к подруге, напоминая, как я истощена, но кожа Аклис стала чуть менее тусклой. Хотя, может, это игра моего воображения.
– Со временем будет лучше.
– Хорошо, олененок.
Сердце больно кольнуло. Аклис прикрыла глаза, словно от усталости, и распласталась на кровати. Я оставила ее одну.
Ратбоун ждал за дверью.
– Она отогреется, вот увидишь. Магия творит чудеса, – хихикнул он и по-свойски обнял меня за плечи. – Все будет хорошо.
Я не смогла улыбнуться в ответ, потому что не верила в эти слова, но и его руку отталкивать не стала. Ничего уже не будет хорошо. Нормально – возможно, но «хорошо» погибло вместе с моей матерью.
Я попрощалась с ним и направилась к себе в комнату. Одна.
Отогреется ли Аклис ко мне, как когда-то потеплел Ратбоун? Что, если его чувства продиктованы лишь нашей связью? Он ведь меня едва знает, хотя складывается ощущение, будто мы знакомы целую вечность.
Аклис была последним напоминанием о моей
Хотела бы я вернуть все назад и никогда не знать о магии?
В груди что-то сжалось, и я не позволила себе ответить на этот вопрос.
Киара стояла, прислонившись к двери моей спальни. Здесь, в Доме теней.
В тот момент я хотела видеть ее меньше всего на свете.
– Мора, мне так жаль…
– Проваливай, – процедила я.
Киара не сдвинулась с места.
– Мне очень жаль… Твоя мама…
– Да как ты смеешь вообще сюда заявляться и говорить о моей матери? – разозлилась я.
Зрение предательски помутнено от накативших слез.
– Прости меня! Я пыталась помочь, чем могла, когда некромансеры подбирались к особняку, но он не пустил меня в темницу…
– Я не в настроении слушать твою ложь! Проваливай! Как ты вообще сюда пробралась?
– Я понимаю, почему вы с моим братом не хотите меня видеть… но я должна объясниться. Должна доказать, что ужасно сожалею о том, что сделала.
Тело изнывало от усталости, и грусть отчаянно просилась наружу. Киара продолжала блокировать дверь. Я схватила ее за плечо и попыталась оттолкнуть, но она обняла меня и повалила на пол.
Громко ахнув, я приземлилась на спину и начала брыкаться. Но она лежала сверху, заключив меня в крепкие объятия.
– Мора…
– Отвали! – крикнула я и столкнула ее. – Ты совсем, что ли?
Проход в комнату оказался свободен, и я вскочила и ринулась вперед. Киара успела заскочить в спальню вместе со мной. Дверь захлопнулась.
Я была готова применить Империальную звезду, только бы избежать ее компании. Руки чесались, я отчаянно захотела показать Киаре, чего стою. И все же смерти я ей не желала.
Возмездия? Да. Но не смерти.
Киара должна была заплатить за предательство.
– Мора, успокойся!
– Не говори мне, что делать! Я не верю ни единому слову из твоего рта. Твой папочка-король умер, и ты прибежала, поджав хвост! Ты виновата в гибели моей матери!
Кровь отлила от лица Киары.
– У него была и моя мать! – закричала она. Ее губы подрагивали. – Минос угрожал ей и обещал убить, если бы я не выполнила все, что он требовал!
Я молча уставилась на Киару, пытаясь прочитать выражение ее лица. Врал ли ее взгляд или она говорила правду?
– Это правда, Мора… Я очень… очень тебе сочувствую. Он оставил мою мать в живых, но это не означает, что он не нанес ей раны. Глубокие раны.
Боль и слезы в глазах Киары кого-то мне напомнили.
Они напомнили мне саму себя.
Я скрестила руки на груди, чтобы хоть как-то себя приободрить. Злость рассеялась, точно пепел на ветру. Если Минос действительно держал ее мать в заточении и издевался над ней, как над моей…
Киара присела рядом.
– Ты не представляешь, как я счастлива, что его больше нет, – вздохнула она.
Вот только от смерти Миноса мне не стало легче. Я крутила мамино кольцо на пальце, и меня терзал вопрос: а что случилось бы, если бы я применила Империальную звезду раньше? Что, если бы я убила его, как только мы вошли в темницу?
Мама осталась бы жива.
– Но это не значит, что опасность исчезла, – тихо добавила Киара.
– Не хочу сейчас об этом думать.
Равно как и об истинных чувствах Ратбоуна или нашей хрупкой дружбе с Аклис.
– Нам с мамой некуда податься… Мы не можем остаться в Доме крови… Я только получила мамочку назад, за предательство Миноса они снова ее у меня отберут. Честно, в особняке я помогала сдержать гвардейцев у входа в ванную, чтобы ты успела сбежать. Мы с мамой улизнули в общей суматохе. Я собираюсь попросить у Гарцель разрешение пожить здесь.
– Разве ты не хочешь жить с братом?
Киара недоуменно взглянула на меня.
– Но ведь Ратбоун остается с некромансерами…
– Он – принц Дома крови, разве это не значит, что трон переходит к нему?
Киара махнула рукой.
– Ратбоуну? Да ему это не сдалось! Дом крови как-нибудь сам разберется в своих интрижках, и я гарантирую, что мы скоро узнаем,
– Ты уверена?
– На все сто! Я разговаривала с ним полчаса назад, – улыбнулась Киара.
Так, значит, Ратбоун решил остаться здесь.
