— А, доставай всё, по ходу дела разберёмся.
— Оладушки! — мечтательно-восторженные нотки в голосе, проявившегося на пороге Ремтона, заставили меня рассмеяться.
Это он вовремя появился. Я даже почувствовала облегчение, что мы с Майлином больше не одни. Пробуждавшиеся во мне чувства к Майю, и правда, пугали.
— Катерина, ты просто волшебница, — с набитым ртом проворковало обаятельное чудовище. — Твои оладушки — это нечто божественное, правда, Май?
— Восхитительно вкусно, — протягивая руку за добавкой, согласился с ним ещё один ценитель моих кулинарных талантов.
Наблюдать, за наслаждающимися моей стряпнёй мужчинами, оказалось неожиданно приятно. Я маленькими глоточками пила ароматный травяной чай и глупо улыбалась, наслаждаясь моментом. Почему глупо? Ну, не знаю. А какой ещё можно назвать, рождённую таким вот поводом, улыбку?
На фоне всей этой благости боль, внезапно скрутившая меня, казалась настолько инородной, неуместной, что я не сразу согласилась в неё поверить.
Задержала дыхание, попыталась расслабиться, вроде даже и получилось. Но ненадолго. Новый болезненный спазм игнорировать уже не вышло. Да и зачем? Похоже, мой маленький непоседа решил появиться на свет. Ну, ему виднее. Надеюсь, что наш доктор возражать не станет.
— Май, я кажется рожаю?!
Мужчины бросились ко мне. Через пару минут я уже лежала на кровати, а сидящий рядом Майлин осторожно касался моего живота.
— Ну, что? Пора?
— Можно сказать и так, — улыбка ответившего мне Майлина должна была меня успокоить, но вышло наоборот, слишком контрастировала эта улыбка с тревогой в его глазах. Да и Ремтон спокойным не выглядел. Хотя, ему положено волноваться. Зная его озабоченность этим ребёнком, я бы удивилась его спокойствию в такой ответственный момент.
— Ремтон, вскипяти воду. Нужно приготовить укрепляющий настой.
— И обезболивающий?
— Да.
— Что не так, Майлин? — потребовала ответа, едва за Ремом закрылась дверь.
— Скоротечные роды.
— Это плохо?
— Для ребёнка не очень хорошо. Но я справлюсь, не волнуйся.
— Уговоришь моего сыночка не слишком усердствовать и малость повременить?
Вот теперь его улыбка была совершенно искренней.
— Умница, девочка. Хорошо, что ты не паникуешь.
И снова схватка. Больно так. По ногам потекла вода.
— Всё в порядке? — всхлипнула я.
— Приемлемо. Так часто бывает.
— Скоро рожу?
— Надеюсь, не так, чтобы очень. Не против немножко помучаться?
— Ладно, раз надо, значит надо. Ай!
Майлин коснулся моей щеки, стирая слезинку. И боль тут же отступила.
Потом пришёл Рем. Напоил меня принесёнными снадобьями. Сел с другой стороны, накрыл мою руку своей, осторожно поглаживая.
— Нужно позвонить Бехтереву, — между двух схваток вспомнила я о сложностях, сопутствующих домашнему родоразрешению.
— Зачем? — нахмурился Ремтон. — Не доверяешь Майю?
Я покачала головой.
- Не в этом дело. У нас положено рожать в специально для того обустроенных больницах.
— Кати, тебе нельзя сейчас никуда ехать.
— Я и не собираюсь, Май. Нужен совет Дена, как потом получить справку о рождении младенца. У нас тут сильна бюрократия. Не нужны мне проблемы с получением свидетельства о рождении. Ай!
Меня снова накрыло болевой волной. Стиснула зубы, с трудом справляясь с желанием заорать. Нет, не хочется пугать своих мужчин. Пока могу, постараюсь терпеть. Но, гадство, как же больно!
Когда отпустило, набрала номер Дениса. Ответил он тут же и сразу спросил:
— Что у тебя случилось?
Надо же, словно почувствовал.
— Бехтерев, я рожаю.
— Где? В каком роддоме?
— В деревне. Дома. Макс не советует никуда ехать.
— Я не могу сейчас вырваться с работы. Срочный вызов.
Майлин протянул руку за телефоном.
— Здравствуйте, Денис.
С моими сельскими постояльцами Бехтерев был не плохо знаком. В тайну его, разумеется, никто не посвящал. Но с Ремтоном и Майлином, которого он звал Максимом, мой старый друг отлично ладил.
После нескольких минут разговора, Май протянул мне трубку.
— Значит так, Катюша, я так понял, что опыт у Макса есть, а потому если ты готова ему довериться…
— Однозначно готова, — подтвердила я.
— Ладно, всё равно же поступишь по-своему. Завтра я у тебя буду. Посмотрю на тебя, для очистки врачебной совести. Заберу плаценту. Максим напишет заявление, что присутствовал при родах. И будет тебе справка о рождении.
— Спасибо, Ден.
— Не за что, подруга. Ты точно уверена, что не нужно в больницу?
— Абсолютно. Пока. А то мне снова не до разговоров.
Новая болезненная схватка не заставила себя ждать. И как долго этот кошмар будет продолжаться?
День оказался длинным. Схватки продолжались, становясь всё чаще и болезненнее. Мужчины сменяли друг друга у моей постели. Даже Лоттария ко мне заглянула. Я встретилась с её испуганными глазами и поспешила успокоить принцессу.
— Всё не так и страшно. Ай!
Когда меня отпустило, мы обе рассмеялись.
— Терпимо, — заверила я девушку.
— Вижу, — усмехнулась она. — Я побуду с тобой? Майлин, тебя зовёт Ремтон.
Удивлённо приподняв бровь, Май кивнул.
— Я быстро вернусь. Уже не долго осталось, — пообещал, оставляя меня на попечении принцессы.
