Клятва воров полностью

– Это Джейс. Ты слышишь меня, Кази? Я здесь.

– Джейс?

– Да, это я. Ты поправишься, но мне нужна твоя помощь. Лидия и Нэш мертвы. Но если потороплюсь, еще могу спасти их с помощью звездной пыли. Где она, Кази? Скажи мне. Скорее.

– Нет, они не могут быть мертвы. Они…

– Все хорошо. – Его губы встретились с моими, его язык исследовал мой рот, его рука ласкала мою щеку. – Просто скажи, любовь моя, скажи, где пузырек с пылью.

Откуда Джейс знает о пыли? Как он мог…

Может, она не знает?

Она знает. Никогда не верь тому, что говорит тебе вор, даже если он в бреду.

Голос Гарвина.

Прохладная жидкость скользнула мне в горло и растеклась по всему телу. Комната перестала кружиться.

И я увидела лицо, склонившееся надо мной. Монтегю.

Голоса превратились в кошмары. Я не могла доверять ни одному из них. Они бились в моей голове.

Это Джейс. Лидия и Нэш мертвы. Скажи мне, где пыль. Никто тебе не поверит. Ты все еще можешь спасти ее…

Держи рот на замке, или я убью ее.

Скажи мне, где пузырек.

Что-то холодное стекало по моему горлу. Боль снова отступила, и я увидела Монтегю. Он приказал всем выйти из комнаты.

– Прошло всего два дня, как тебя укусили, – сказал он. – Впереди еще много дней агонии. – Он поднял стакан, из которого я пила. – Целительница дала тебе обезболивающее. Пройдет всего час или около того, и оно перестанет действовать, боль вернется.

Он пододвинул стул к кровати и сел рядом со мной. Потом взял меня за руку.

– Противоядие навсегда прекратит твои страдания. Может, мы…

– Я ничего тебе не скажу, Монтегю.

– Скажешь. Поверь мне, скажешь.

Это повторялось день за днем. Или, может, каждые несколько часов. Я не была уверена. Мне мешал свет, проникающий через чердачное окно. Свет слепил, пока мне в горло не вливали холодную жидкость, чтобы дать еще один шанс. Следовали час или два прояснения и расспросов, а затем меня снова погружали в огненный ад.

Больше прохладной жидкости.

Больше вопросов.

Но даже моменты ясности становились все более размытыми. Каждый раз, когда меня возвращали с края пропасти, я слабела. Все, чего хотела, – это спать, раствориться в кратких минутах спокойствия. Сон. Держаться за что-то хорошее. Но даже сон стал мне недоступен. Иногда Монтегю, Бэнкс и Зейн сидели в комнате и разговаривали о делах королевства, ожидая, пока подействует лекарство и я перестану дрожать. Они будто заботливо дежурили у постели больной.

Приносили еще стулья. Иногда спорили, нарушая мой покой в короткие минуты без боли.

Они требуют оплаты. Они получат ее.

Попробуй.

Вкусно. Передай графин.

Еще два груза. И все.

Почему еще не готово?

Могу перевозить только один груз в день без предварительного предупреждения.

Заканчивайте. Сейчас там небезопасно. Слишком многие приходят и уходят с биржи.

А вчера они нашли отряд убитых разведчиков. Кровавое месиво. Лоялисты все еще там.

Слышите? Нам нужно опустить его под землю. Сделайте это завтра. Еще вина, ваше величество?

Добавьте шпионаж в качестве обвинения. Таким образом мы обоснуем нашу атаку, когда все начнется.

Кто-нибудь, плесните ей в лицо воды. Хочу, чтобы она смотрела на меня, когда задаю вопросы.

Рука целительницы дрожала, когда она наливала еще лекарства в стакан.

Судорога скрутила мое тело. Женщина наклонилась ближе, и я услышала далекий голос. Ее? Мне жаль. У меня нет противоядия. И никогда не было. Но у меня есть другой яд, который могу тебе дать. Он положит конец страданиям. Они никогда не узнают. Кивни, если хочешь, чтобы дала его тебе.

Смерть ходила по комнате, наблюдая за мной. Нетерпеливо.

Она подошла к кровати и уставилась на меня, ее костлявые пальцы обхватили кроватный столбик, ее взгляд пронзал меня, будто она знал, о чем думаю. Гляди в оба. Продержись еще один день.

Мои плечи дрожали от холода. Всегда думала, что это были мои слова, но они принадлежали ей. Они всегда были ее. Я вспомнила страх, охвативший меня в ту давнюю ночь. Ее шепот. Ее призыв остаться в живых.